Культура и общество

Квир-книги о поиске настоящего: прогулки по Новой Англии и Подмосковью

Майкл Каннингем

«Край земли. Прогулка по Провинстауну» Майкл Каннингем. Пер. Сергей Кумыш. М.: АСТ, 2020

 

«Край земли» Майкла Каннингема — автора «Часов» и лауреата Пулитцеровской премии, — можно назвать художественным путеводителем.  Автор совершает свое собственное путешествие во времени, описывая историю и современность одного из старейших колониальных поселений Америки.

 

Отчасти деревня Новой Англии, отчасти гей-курорт, Провинстаун разделяется на Вест-Энд и Ист-Энд. Первый — это шесть кубиков и запах попперсов в воскресный день; второй — винтажные фасады, коттеджные сады и милые домики. Провинстаун — это самые разнообразные активности для всех. В Ист-Энде молодые дебютантки продают домашний лимонад по доллару за чашку, а в Херринг-Коув мужчины (Каннингем называет их современными сатирами) предаются плотским утехам в дюнах.

Майкл Каннингем

Здесь в 1910-х годах переодетый моряком Юджин О’Нил ставил свои ранние драмы в импровизированном театре, где волны плескались под половицами. Теннесси Уильямс и Билли Холидей проводили время в пабе Atlantic House, где смолистые бревна столетием пропитывались алкоголем и сексом.

 

В 1950-е годы здесь рисовали Роберт Мазервелл и Марк Ротко, в 60-е Энди Уорхол привез в город свою «Взрывную пластиковую неизбежность». В семидесятые Джон Уотерс представил публике дрэг-кинозвезду Дивайн. А в восьмидесятых Каннингем получил место в резиденции при провинстаунском Центре изящных искусств, своего рода коммуне для писателей и художников. Эта книга — любовное письмо городу, который помог запустить его литературную карьеру.

 

Можно не тревожиться, что в этой книге Майкл Каннингем раскроет тайны очаровательного Провинстауна. С тех пор, как пилигримы впервые коснулись земли, этот песчаный мыс остается таким же отстраненным от людей, как и горбатые киты, которые его окружают. Как пишет Каннингем, «старые дома на берегу залива все так же будут видеть сны, по крайней мере до тех пор, пока пустота между досками не поглотит их целиком».

 

Мужчины уходят в травы, чтобы заняться сексом, и, если вы не ищете секса с незнакомцами или не хотите видеть, как это делают другие, вам лучше избегать травяного лабиринта и идти прямиком на пляж; впрочем, даже если вы сторонитесь удаленных мест, вам все равно могут попасться двое, а то и больше мужчин, резвящихся у всех на виду. Не знаю, как другим, но лично мне в этих совокуплениях на фоне сияющего приливного пейзажа всегда видится нечто невинно-вакхическое — здесь больше естества, чем похоти. Они будто бы принадлежат другой версии мира — диковато-лесной, полуклассической, бесстыдной и необузданной. Будто бы они освободились от трудов и печалей, от страхов и даже от надежд, и им достался час или два, во время которых значение имеет лишь желание. Мне кажется, было бы здорово убедить мужчин, занимающихся сексом на болотах, носить меховые гетры с копытами, прикреплять ко лбу маленькие бугристые рога и выдувать из флейт грустные мелодии, пока они бродят по лабиринтам из воды и травы.

 

«О нас по-настоящему» Антон Navotny. ЛитРес: Самиздат, 2021

 

Прогулявшись по Провинстайну, перенесемся в Подмосковье, где разыгрывается роман двух взрослых мужчин. Перебравшись на лето на дачу, Гордей, преуспевающий журналист и преподаватель, и его супруга Катя знакомятся со своим соседом Егором — обаятельным геем-айтишником с множеством неудачных отношений за плечами и компанией веселых друзей по выходным. Гордей, которого вынудили жениться опекающие родители, постепенно осознает, что его сердце не рядом с Катей, а по другую сторону дачного забора.

Квир-книги о поиске настоящего: прогулки по Новой Англии и Подмосковью

В сценах с участием друзей Егора автор демонстрирует талант подмечать типажи российской гей-тусовки и сводить их в комедию ситуаций. Здесь и вышедшая на пенсию дрэг-дива; и уморительный толстячок-сводня; и зрелый ловелас, охочий до юного тела; и тот самый молодой парень, будто вылезший из сериала Queer As Folk, чтобы изменить своего взрослого любовника; и вечно пьяные подружки геев, сигающие в бассейн в подвенечном платье, и многие другие. Калейдоскоп комедийных характеров, продолжающий традицию гоголевских «Мертвых душ».

 

[adrotate group="1"]

За простецким, на первый взгляд, сюжетом любовного романа из раздела «всё по $0,99 на Amazon» скрывается настоящая драма вынужденного брака. Самой живой героиней у автора получилась именно Катя, а не Егор и Гордей, у которых по закону жанра всё будет хорошо. (Тут стоит заметить, что троп «отношения геев-близнецов», характерный для любовных романов, у Навотного используется во всю силу: герои похожи внешне, у них схоже звучащие имена, они оба пишут или писали стилистически одинаковые статьи «про жизнь», оба на взлёте карьеры, и т.д.) Талантливая адвокатесса Екатерина, на девять лет старше Гордея, выходит за него замуж лишь под давлением патриархальных общественных установок, привычно не считающих успешной женщину без мужа — любого, даже того, кто годы напролёт будет обманывать и её и самого себя. В отношениях «женщина — муж-гей» упор обычно делается на втором элементе, но мало кто задумывается, что настоящей жертвой оказывается жена, не дававшая согласия на подобный мезальянс. В романе «О нас по-настоящему» автор очень деликатно обходится с сюжетной линией и персонажем Кати, даёт ей достаточно громкий и независимый голос, чтобы быть услышанной, и достаточно великодушное сердце, чтобы простить мужа и сохранить с ним дружбу — собственно, единственное, на чем держался их брак.

 

Как дух веет, где хочет, так набухшие почки феминистской прозы распускаются даже на сухих ветвях типового любовного романа.

 

Помню тот момент, когда мы решили пожениться. Катерина тогда еще курила, мы стояли на балконе.

— Твои тебя женить хотят? – спросила Катерина. 

Я кивнул.

— Твои тоже?

— Да, говорят в таком возрасте уже неприлично в холостячках ходить.

— Ну… давай их порадуем.

Вернувшись с балкона, мы объявили, что решили пожениться. Родители опешили, но вдаваться в подробности не стали. Боялись наверно спугнуть нас. Мои были счастливы оттого, что, наконец, освободятся от тягостных мыслей о том, чем я занимаюсь в Москве. Катины выдохнули, что их дочка не останется в старых девах. 

Катерине, естественно, никто не сказал о моем прошлом. 

Книжный обозреватель, автор телеграм-канала Pal o’ Me Heart Дмитрий Лягин

Квир-книги о российском протесте: против отца, против системы, против тишины

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube
БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ

Из этой же рубрики