Колонка редактора

“Здравствуйте, я – жертва Евровидения”

евровидение

Ежегодно слежу за “Евровидением”, как за самым интересным в мире медиа-политическим реалити-шоу. Да, я вообще-то совершенно другие группы и песни слушаю (в моём плейлисте Marilyn Manson, Placebo и Глеб Самойлов с Земфирой), но причём тут музыка?

“Евровидение” как ЛГБТ-ликбез

Впервые я узнал, что такое “Евровидение”, когда мне было восемь лет. Тогда оно было в Израиле, Россия в том далёком году не вступала, но по ОРТ конкурс всё равно транслировали. Открывала его победительница прошлого года – Дана Интернэшнл.

“Это мужчина, который захотел стать женщиной и сделал операцию. Хотя всё равно видно же – плечи явно мужские, руки…” – услышал я от мамы, которая тогда была для меня абсолютным авторитетом во всём.

Так и жил я последующие года четыре, думая, что некоторые дяди зачем-то хотят стать тётями, отрезают писи, а зря –  ведь по плечам, кадыкам и ногам всё можно сразу понять. Сейчас вспоминаю это, и что-то как-то неловко даже. Маму я, кстати сказать, по-прежнему люблю, но по многим вопросам предпочитаю придерживаться иной точки зрения.

В 12 лет я был уже очень образованным юношей – систематически брал почитать у родителей “Комсомольскую правду”. Знал, кто такие лесбиянки, “трансексуалы”, чем отличаются бисексуалы от содомитов и долго размышлял над тем, правда ли Адольф Гитлер был “гомосексуалистом”. И со всей страной сокрушался над тем, что “нашим девочкам” Лене Катиной и Юли Волковой из t.A.T.u. чопорные европейцы не дали поцеловаться на сцене.

Правда в 16 лет я уже начал “отпочковываться” от народного мнения и не услышал “Раши, гудбай” в песне Верки Сердючки на “Евровидении” в Хельсинки. В 23 года от травли Кониты Вурст меня уже воротило…

Больше политики, больше

Раньше многие удивлялись, что я смотрю “Евровидение” – вроде бы любитель рока  и метала, а там такие коллективы раз в три года. Но после каминг-аута все вопросы подобные отпали. Что даже обидно – “Евровидение” я люблю именно как конкурс политический, а не музыкальный. Весь этот гул до конкурса и само голосование мне гораздо интереснее, чем песни, которые как бы соревнуются.

Читайте также:   ЛГБТ на «Евровидении»: семь самых ярких номеров

К примеру, очень интересно, как проходят отборы в разных странах.

В Беларуси вот в этом году самый ироничный и интересный номер даже в финал отбора не пустили. Да и за тех, кто попал в финал, зрители не голосуют – только жюри. То есть вроде как демократия, но очень по-белорусски.

В Украине гром и молнии: за победу сражаются две звезды уже практически международного масштаба: садомазофетишэлектродива Maruv (“Drunk Groove”, “Black Water” ) и фольклорные герои ютуба Kazka (“Поплакала і стоп! Фіалка розцвіла”). Кроме них, конечно, ещё 14 других коллективов, но всем очевидно, что победа будет либо у Maruv, либо у Kazki. Их даже по двум разным полуфиналам развели, чтобы грандиозная битва была под самый конец.

Фанаты сходят с ума. Одни пишут, что Maruv пригласили в последний момент только для того, чтобы сделать легитимной победу Kazki, которая менее скандальная и более патриотичная. Другие уже почти что подписи собирают, чтобы снять с конкурса развратную Maruv так как “дети же смотрят!”. Страсти кипят.

Ну а в России без всяких отборов и общественных обсуждений на второй срок переизбрали Сергея Лазарева. Ибо ну кто, если не он? В стране с населением 146 млн человек других достойных кандидатур нет!

Но чтобы никто не спорил с решением телеканала Россия-1, ближе к маю нас, вероятно, ожидают ток-шоу о плевке в традиционные ценности от Франции, которая на “Евровидении” в этом году отправит гея араба в белом парике. Это же Кончита Вурст-2!!! Давайте позовём в студию Милонова с Джигурдой и Прохором Шаляпиным и все это обсудим!

Виталий Беспалов, шеф-редактор

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube

Из этой же рубрики

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.