Недавно мы провели вебинар с юристом по правам ЛГБТК-людей Максом Оленичевым. Поводом стала новая волна признания ЛГБТК-инициатив «экстремистскими» — в том числе нашего медиа Парни+. На вебинаре Макс отвечал на вопросы о том, как сейчас применяется законодательство об «экстремизме», какие риски важно учитывать и что делать в отдельных практических ситуациях.
Мы решили вынести ответы на самые важные и популярные вопросы в отдельный материал.
Что вообще означает «ЛГБТ-экстремизм»?
Важно понимать, что экстремистское законодательство состоит из нескольких разных блоков.
Первый блок — признание организации «экстремистской». Это отдельная процедура. Когда организацию признают «экстремистской», то для неё и для людей, связанных с её деятельностью, могут наступать определённые последствия.
Второй блок — признание информационных материалов «экстремистскими». Это другой правовой режим. Если организацию признали «экстремистской», это не значит, что все её материалы автоматически стали «экстремистскими». Например, материалы, размещённые на сайте Парни+, не являются «экстремистскими» материалами.
Третий блок — ответственность за поиск «экстремистских» материалов. Поиск и чтение материалов на сайте Парни+ не являются запрещёнными действиями. Новая статья о поиске «экстремистских» материалов не распространяется на публикации Парни+.
Четвёртый блок — административная ответственность за демонстрацию радужной — «экстремистской» — символики. Если человека уже привлекали за демонстрацию такой символики, повторное нарушение может повлечь уголовное дело.
Пятый блок — уголовная ответственность за «ЛГБТ-экстремизм»: организацию деятельности, участие в деятельности, вовлечение в неё или финансирование.
Организацию признали «экстремистской». Что происходит дальше?
Когда суд первой инстанции признаёт организацию «экстремистской» и запрещает её деятельность, решение ещё не вступает в законную силу. Но такие решения обращаются к немедленному исполнению.
Это значит, что сразу после решения суда органы власти, банки, другие медиа и организации не должны способствовать продолжению деятельности объединения, признанного «экстремистским» на территории России. Но ответственность за участие в деятельности такой организации на этом этапе ещё не возникает. Она связана с моментом, когда решение суда вступает в законную силу.
Если в течение месяца после решения суда не подана апелляционная жалоба, решение вступает в силу через месяц. Если апелляционная жалоба подана, решение вступит в силу после того, как её рассмотрит вышестоящий суд.
На практике это может занимать полтора, два или три месяца — в зависимости от региона.
После вступления решения в силу начинает работать следующая логика: материалы с эмблемой или символикой организации нельзя будет репостить. Если такие публикации были размещены раньше и остаются доступными после вступления решения суда в силу, это может считаться нарушением экстремистского законодательства.
Чем грозит распространение материалов с символикой запрещённой организации?
Если после вступления решения суда в силу человека впервые привлекут за демонстрацию «экстремистской» символики, это административная ответственность.
Если после составления протокола и назначения наказания будет выявлена ещё одна публикация с такой символикой, может наступить уже уголовная ответственность — вплоть до лишения свободы до четырёх лет. Поэтому с символикой нужно быть очень осторожными.
Как безопаснее публиковать и размещать материалы организаций, признанных «экстремистскими»?
Если речь идёт о зарубежных соцсетях — Telegram, Instagram и других, — риски ниже, когда аккаунт зарегистрирован не на российский номер, в нём нет вашего настоящего имени, фамилии и фотографии. В таком случае публикации и комментарии могут быть менее рискованными.
Но важно помнить, что если в аккаунте есть ваше лицо, силовики могут установить личность не через запрос к соцсети, а через инструменты распознавания и сопоставление с паспортными базами.
С российскими соцсетями ситуация опаснее. Их лучше по умолчанию очищать от публикаций, связанных с запрещёнными организациями — аккаунты зарегистрированы на российские номера, а сами соцсети могут передать данные силовикам.
Можно ли читать материалы Парни+ и других организаций, признанных «экстремистскими»?
Да, читать материалы можно.
Важно различать разные правовые режимы. В случае с Парни+ была признана «экстремистской» организация, а не сам информационный ресурс и не материалы, опубликованные на сайте. Публикации Парни+ не признаны «экстремистскими» материалами.
Поэтому за чтение этих материалов ответственности нет. За их поиск — тоже.
Риски могут возникнуть в другой ситуации: если человек под своим настоящим именем или с фотографией публикует материал на ресурсе организации, признанной «экстремистской». Это может быть расценено как участие в деятельности «экстремистского» объединения.
Но такая уголовная ответственность возникает не сразу. Она возможна после того, как решение суда вступит в силу, а название организации будет включено в перечень Минюста. После этого публикация на сайте под реальным именем или с фотографией может создать риск уголовного дела.
То же самое касается комментариев. Если после включения организации в перечень Минюста человек комментирует публикации под настоящим именем и с фотографией, это тоже может быть расценено как участие в деятельности организации. Лучше анонимизировать свой аккаунт: использовать псевдоним, не публиковать фото, а при нахождении в России пользоваться VPN и отдельным аккаунтом, не связанным с основным.
А лайки в соцсетях считаются нарушением?
Нет. Лайки не считаются нарушением закона.
Их можно ставить как сейчас, так и после того, как организацию внесут в перечень Минюста. Читать материалы и ставить лайки можно спокойно.
А репост материалов Парни+ без символики можно делать?
Здесь нужно быть осторожнее.
На текущий момент ещё не сформировалась практика, считается ли репост материалов организации, признанной «экстремистской», участием в её деятельности или вовлечением в такую деятельность. Приговоров по таким ситуациям пока нет, хотя есть одно возбужденное дело за репост, не связанное с ЛГБТК-организацией.
Если вы пишете собственный пост и просто упоминаете Парни+ как информационный портал или объединение людей, это не считается участием в деятельности организации и не влечёт ответственности. Например, если человек рассказывает о своей жизни и пишет, что прочитал об этом на Парни+ — такой формат допустим.
Но если в публикации есть гиперссылка на материал Парни+, это уже дискуссионный вопрос. Практики пока нет, поэтому сложно сказать, повлечёт ли это какие-то последствия. В такой ситуации лучше просто быть аккуратнее.
Если «ЛГБТ» признаны «экстремистами», можно ли вообще читать и искать материалы про ЛГБТК?
Да, можно.
Ни один материал на ЛГБТК-тематику пока не признан «экстремистским». Это отдельная процедура — на сайте Минюста есть перечень «экстремистских» материалов, их больше пяти тысяч, и там нет материалов ЛГБТК-инициатив.
Поэтому материалы на ЛГБТК-тематику можно читать, искать и не переживать именно из-за этого.
Я раньше помогал организации, которую сейчас признали «экстремистской». Есть ли риски?
Если организация подала апелляционную жалобу, она становится «экстремистской» в этом правовом смысле только после рассмотрения жалобы, отказа по ней и включения названия организации в перечень Минюста. Только после этой даты участие в деятельности организации может считаться преступным. Всё, что было до этого, преступлением не является.
Что может грозить открытому ЛГБТК-человеку, который снимает ЛГБТК-контент и публикует его в интернете?
Создание и распространение ЛГБТК-контента — это в первую очередь история про «ЛГБТ-пропаганду». Это административная ответственность по статье 6.21 КоАП, минимальный штраф по которой составляет 50 тысяч рублей.
Чтобы привлечь человека к ответственности, российским властям нужно установить, кто администрирует канал или аккаунт, где публикуется ЛГБТК-контент. Российские соцсети данные могут предоставить. Зарубежные — нет.
Но даже если установить администратора напрямую невозможно, силовики могут использовать фотографию человека из аккаунта, сопоставить её с паспортной базой и составить справку о том, что человек на фото связан с этим аккаунтом. После этого могут составить протокол о «ЛГБТ-пропаганде».
Что касается открытости и «ЛГБТ-экстремизма» — здесь нет состава «ЛГБТ-экстремизма». На практике такие дела пока остаются в плоскости административной ответственности за «ЛГБТ-пропаганду» и не перерастают в уголовные дела.
Важно оценить, видно ли ваше лицо в аккаунте, где именно публикуется контент и можно ли установить, кто ведёт канал. Если администратора вычислить нельзя, ситуация становится безопаснее.
Был конкретный кейс: фембой пришёл в университет в открытом образе, после чего материалы из университета передали в полицию. Было возбуждено дело о «ЛГБТ-пропаганде», которое удалось развалить. Но сам кейс показывает, что силовики могут обращать внимание на людей, которые выглядят нетипично или квирно. Есть риск, что внешний образ попытаются трактовать как «ЛГБТ-пропаганду», хотя такие дела возникают редко.
Учитывая все эти дела и новости про «ЛГБТ-экстремизм», что вообще безопасно делать квир-человеку?
Безопасно знакомиться с другими людьми, проводить с ними время, общаться, читать ЛГБТК-паблики и литературу. Это никто запретить не может.
Риски появляются там, где возникает публичная деятельность, связанная с ЛГБТК-тематикой. Например, если человек публично артикулирует свою позицию или распространяет ЛГБТК-контент в интернете. Тогда могут возникнуть вопросы уже в контексте «ЛГБТ-пропаганды» или «ЛГБТ-экстремизма».
Как себя вести, если поступают вопросы или давление со стороны органов?
Всё зависит от того, с какой претензией к вам пришли.
Если речь идёт о деле по «ЛГБТ-пропаганде», человека обычно вызывают повесткой. Как правило, за ним не приезжают для задержания, а присылают письмо по почте или телеграмму с датой рассмотрения дела. Если вы получили такую повестку или извещение, лучше связаться с юристами и обсудить дальнейшее поведение. Можно явиться на составление протокола, а можно не являться. После составления протокол направляют в суд, и человеку приходит извещение.
В суд лучше приходить с адвокатом или юристом и давать пояснения по делу. Для граждан России такие дела обычно заканчиваются штрафом. Для иностранных граждан возможны арест и выдворение за пределы России.
После постановления суда в течение 10 дней можно подать жалобу. Пока жалобу не рассмотрят, постановление не вступает в силу. Если штраф в итоге не будет оплачен, его передадут судебным приставам, и они смогут списывать деньги с банковских карт.
Обращаться к юристам важно ещё и потому, что правоохранительные органы нередко допускают ошибки в материалах дела. Если нарушения процедуры серьёзные, дело может быть прекращено. Такие случаи действительно бывают.
Если вас вызывают по уголовному делу в качестве свидетеля — например, по деятельности ЛГБТК-инициативы, — вызвать могут разными способами: повесткой, звонком или другим способом связи. Если вам звонят, всё равно стоит попросить направить повестку, потому что важно получать документы.
На допрос в качестве свидетеля можно прийти с адвокатом. Если вопрос касается лично вас, вы можете отказаться от показаний, сославшись на 51-ю статью Конституции. Если вопрос касается не вас, вы обязаны ответить, иначе может возникнуть ответственность за отказ от дачи показаний.
Если вас подозревают или обвиняют, вас могут задержать сотрудники правоохранительных органов, доставить, например, в Следственный комитет и допросить. В такой ситуации вам могут предоставить адвоката по назначению, но вы также можете попросить следователя вызвать вашего адвоката.
Также возможен обыск, чтобы изъять вещи или материалы, которые, по версии следствия, могут свидетельствовать о преступлении.
В любой непонятной ситуации лучше обращаться к юристу или адвокату, чтобы прояснить положение и не сделать себе хуже. От показаний, которые вы дадите, и от документов, которые будут составлены, может зависеть дальнейшее развитие дела.
Что будет за перевод денег «экстремистской» организации?
После внесения организации в список «экстремистских» она обязана прекратить любую деятельность в России. Все, кто финансирует её деятельность в России, также обязаны прекратить это делать.
Иначе переводы могут квалифицироваться как финансирование «экстремистской организации». Это уже уголовная ответственность.
Какие риски есть при хранении брошюр и мерча организаций, признанных «экстремистскими»?
Хранить мерч и брошюры можно.
Риски могут возникнуть, если у человека есть несколько одинаковых мерча организации, признанной «экстремистской». Если у него проведут обыск — даже по другому делу — силовики могут начать утверждать, что эти материалы хранятся с целью распространения. Книги, изданные ЛГБТК-инициативами, можно спокойно хранить.
Если у человека несколько экземпляров мерча, теоретически могут вменить хранение с целью распространения. Это административное правонарушение. Но по таким делам сами по себе обыски не проводят. То есть, пока к человеку не пришли с обыском по уголовному делу, правоохранительные органы не смогут узнать, что у него дома есть несколько экземпляров мерча.
Если нет других оснований для уголовного преследования, бояться этого отдельно не нужно. PDF-материалы на компьютере тоже можно хранить. Ни один материал ЛГБТК-тематики не признан «экстремистским» материалом, поэтому хранение таких файлов не является нарушением.
Могут ли привлечь к ответственности за старые публикации и комментарии в интернете?
За старые публикации могут возникнуть риски только в одном случае: если в них есть «экстремистская» символика организации и эти посты остаются доступными после вступления в силу решения суда о признании организации «экстремистской».
В таком случае теоретически возможно административное дело за демонстрацию «экстремистской» символики. Если затем будет второе аналогичное нарушение, может возникнуть уголовная ответственность.
Старые комментарии под постами не являются основанием для привлечения к ответственности за «ЛГБТ-экстремизм». Риски могут возникать только с новыми комментариями — после вступления решения суда в силу и включения организации в перечень Минюста. Их могут попытаться трактовать как участие в деятельности «экстремистской» организации.
Я был волонтёром «экстремистской» организации, и моё имя или ник фигурировали в соцсетях. Есть ли риски?
Частично об этом уже было выше, но важно повторить отдельно — волонтёрство может считаться формой участия в деятельности организации. Но уголовная ответственность возможна только за действия, совершённые после вступления в силу решения суда и включения названия организации в перечень Минюста.
Всё, что было до этого момента, не является преступлением. Поэтому за прошлую волонтёрскую деятельность переживать не нужно.
Я трансгендерный мужчина, документы не заменены. Мне теперь нельзя говорить о себе?
Говорить о своей идентичности можно.
Но если человек публично рассказывает о своём опыте — например, о транс-переходе или об осознании себя транс-персоной, — в такой ситуации может применяться статья о «ЛГБТ-пропаганде». Не о «ЛГБТ-экстремизме», а именно о «ЛГБТ-пропаганде».
Если это частный разговор один на один, нарушения закона нет. Если в разговоре участвуют три человека и больше, есть риск: такую ситуацию могут трактовать как публичную деятельность, а значит — как «ЛГБТ-пропаганду».
Насколько опасно говорить о принадлежности человека к ЛГБТК?
Само по себе упоминание принадлежности человека к ЛГБТК не является ни «ЛГБТ-пропагандой», ни тем более «ЛГБТ-экстремизмом». Если человек сам говорит о себе как о ЛГБТК-персоне, а другие собирают донаты в его пользу или подписывают письма в его поддержку, это тоже не является нарушением закона.
Какие меры безопасности стоит предпринять волонтёрам организаций, которые сейчас признаны «экстремистскими»?
После вступления решения суда в силу и включения организации в перечень Минюста волонтёры не могут продолжать деятельность в такой организации под своим настоящим именем.
Если человек волонтёрит из России, важно использовать безопасную коммуникацию — например, Signal, — включать VPN, заходить в браузер через режим инкогнито и очищать историю посещений. Это не отменяет риски полностью, но повышает уровень безопасности.
Можно ли быть подписанным на организацию, признанную «экстремистской»?
Да, подписка сама по себе не опасна.
Ресурсы таких инициатив не признаны «экстремистскими» материалами — признаны именно организации. Поэтому быть подписанным на паблики ЛГБТК-инициатив, признанных «экстремистскими», пока безопасно. Практики привлечения к ответственности за подписку не было.
Было интервью или взаимопиар с Парни+ до признания организации «экстремистской». Могут ли быть проблемы?
Проблем быть не должно, за исключением ситуации с символикой.
Если у вас в личных соцсетях, Telegram-каналах или пабликах, которые вы администрируете, есть посты с символикой Парни+ или другой организации, признанной «экстремистской», такие материалы лучше почистить. После вступления решения суда в силу их могут трактовать как демонстрацию «экстремистской» символики.
Но если публикация была размещена только на Парни+ и там просто упоминается ваше имя или опубликовано интервью с вами, это не влечёт ответственности. Быть героем публикации не является нарушением закона — ни сейчас, ни после вступления решения суда в силу.
Есть ли риски при поиске партнёра онлайн с фото в приложениях знакомств?
В контексте «ЛГБТ-экстремизма» рисков здесь нет. Частные знакомства между людьми не являются «экстремизмом», и таких кейсов не было.
Но были случаи, когда за знакомства в соцсетях привлекали по статье о «ЛГБТ-пропаганде». Один из них касался гражданина Германии, который признал, что занимался «пропагандой» в Hornet, и суд не стал подробно разбираться, действительно ли она была. Также был ещё один похожий случай.
В целом приложениями для знакомств пока можно пользоваться. Само по себе это не является прямым нарушением законодательства.
