Мнения

Мэджик Джонсон: «Я очень многому научился у сообщества геев»

Мэджик Джонсон: «Я очень многому научился у сообщества геев»

Мы должны привлечь внимание к тому, что это серьезная проблема и обязательно нужно проходить тестирование на ВИЧ

Мэджик Джонсон был примером для подражания почти всю свою жизнь, и не только из-за своего роста, карьеры звезды в НБА, пяти выигранных чемпионатов и трех наград. Последние двадцать лет Мэджик Джонсон остается примером в борьбе со СПИДом и позитивной жизни с ВИЧ.

 

В 1991 году, когда Джонсон ушел из НБА, чтобы сосредоточиться на своем здоровье, ВИЧ/СПИД достиг масштабов эпидемии. В то время многие американцы считали СПИД болезнью наркозависимых и гомосексуалов, а потому просто игнорировали проблему. И вот Мэджик Джонсон – гетеросексуальный, привлекательный спортсмен объявляет всему миру о том, что у него был положительный тест на ВИЧ, и прекращает свою звездную карьеру в баскетболе.
Джонсон объявил о своем уходе из спорта во время пресс-конференции 7 ноября 1991 года. Это вызвало шок. Это наглядно продемонстрировало, что избитая фраза о том, что ВИЧ может коснуться каждого, совершенно верна.

 

Осенью прошлого года прошло ровно 20 лет со дня скандального заявления Джонсона. Однако великий спортсмен не стал на этом останавливаться. Сейчас он собирается организовать в Лос-Анджелесе молодежное движение We Day. В этом интервью Huffington Post он говорит о жизни с ВИЧ, о гомофобии в современном хип-хопе и о том, как его отличное здоровье стало «благословением и проклятием» в борьбе со СПИДом.

 

Прошло уже 20 лет с тех пор, как вы объявили о том, что у вас ВИЧ и ушли из НБА. Каким будет ваше наследие, не связанное с профессиональным спортом?

 

Я думаю, оно будет в том, что я старался вернуть обществу. В первую очередь, это стипендии – в Фонде Мэджика Джонсона мы помогли десяткам тысячам молодых людей получить высшее образование. Мы создали 18 технологических центров, в которых люди могут прийти и воспользоваться компьютером бесплатно. У 75% посетителей этих центров улучшилась успеваемость, поскольку в современной цифровой Америке им было не обойтись без компьютера. Потом мы проводили ярмарки здоровья для молодых людей, многие из которых ни разу в жизни не получали прививок. Так что мы оборудовали небольшие трейлеры, которые объезжали районы, и люди могли там бесплатно получить прививки и пройти обследование у врача.

 

Кроме того, если говорить о ВИЧ и СПИДе, то, приятель, это более 10 миллионов долларов различным организациям, и я продолжаю информировать население и заботиться о том, чтобы у людей, живущих с ВИЧ, была крыша над головой. Мы также продолжаем бороться с дискриминацией тех, кто живет с ВИЧ и СПИДом, на рабочем месте или в обществе в целом.

 

Как вы считаете, вы лично повлияли на отношение к людям с ВИЧ и СПИДом, и если да, то каким образом?

 

Во-первых, мне помогла Элизабет Глейзер. Она уже умирала от СПИДа, и она сказала мне, что она умирает и хочет, чтобы я стал лицом этого заболевания. Она считала, что это полностью изменит отношение к дискриминации. Именно тогда я на это решился.

 

Я начал с Белого дома, но они почти ничего не делали. Так что я ушел от них, чтобы самостоятельно прокладывать себе путь – кирпич за кирпичом, сообщество за сообществом. Я побывал в 300 старших школах и колледжах, где говорил о ВИЧ и СПИДе, в 300 церквях, чтобы обратить внимание их прихода на то, что необходимо сделать.

 

Наконец, я должен отметить, что я очень многому научился у сообщества белых геев. У них есть свое сообщество, они поддерживают его, защищают его, информируют его, и они прекрасно справились с этой задачей, благодаря чему снизили уровень распространения вируса. У них самый лучший подход, какой я только видел, и он оказался наиболее эффективным. Так что мы, в своем сообществе, сейчас пытаемся получить такие же результаты. Я продолжаю упорно работать, чтобы информировать разные меньшинства о ВИЧ и СПИДе, но для этого мы должны держаться вместе. Сейчас мы слишком раздроблены, но если мы можем это сделать, мы сделаем это на должном уровне.

 

Как большой поклонник хип-хопа, я понимаю, что гомофобия остается проблемой для этого жанра, особенно в черном сообществе. Когда люди боятся о чем-то говорить, то это позволяет заболеванию распространяться. Так что же мы должны сделать, чтобы снизить риск?

 

Сейчас мы пытаемся достучаться до сообщества хип-хопа, потому что оно обладает властью – властью голоса, властью микрофона в руке, властью стихов, которые они поют. У меня много друзей в этой индустрии, так что мы пытаемся привлечь их на нашу сторону, чтобы они донесли до молодых людей – ВИЧ и СПИД остаются большой проблемой, и она никуда не делась. Они могут легко изменить ситуацию, если начнут говорить об этом, просто потому, что у них так много поклонников.

 

Так что мы пытаемся найти способ, как их вовлечь, им просто нужна такая организация как наша, чтобы быть в теме и принять участие. Мы еще ни разу не столкнулись с негативом в сообществе хип-хопа.

 

Можете назвать какие-нибудь имена?

 

Мы скоро уже назовем все имена, потому что речь далеко не об одном человеке. Мы говорим о пяти или шести исполнителях. Мы собираемся сделать официальное объявление в новом году, тогда мы соберем хорошую и большую пресс-конференцию, нам важно будет сообщить всем о том, что мы планируем, ведь мы не хотим останавливаться только на этих людях. Мне нужно сообщество хип-хопа, но нужны и баскетболисты, и футболисты. Нам нужно от всех понемногу, над этим мы сейчас и работаем.

 

Прошло ровно 20 лет после вашего ухода из НБА. Последние двадцать лет были такими, как вы и ожидали, или вы боялись, что вас уже не будет к этому моменту?

 

Я считаю, что всегда есть страх, что вас здесь уже не будет 20 лет спустя. Однако с тех пор, как я начал принимать терапию и качаться каждый день, с тех пор как я снова начал жить и принял свой ВИЧ-статус, все стало гораздо лучше.

 

Когда я сделал свое заявление, существовал только один препарат, а сейчас их уже более 30. Когда я сделал заявление, о таких вещах было принято лишь шептать. Таких интервью о ВИЧ и СПИДе еще не было. Когда я сделал заявление, люди с ВИЧ и СПИДом были на задворках, никто не хотел говорить с ними или слушать их. Теперь прошло 20 лет, и мы можем говорить спокойно, за это время случилось много хорошего. Добились ли мы всего, что хотели? Нет. Но я все еще здесь. Это во-первых, и это прекрасно.

 

Во-вторых, препараты стали гораздо лучше. У нас есть масса информации, которой раньше у нас не было. Есть великолепные статьи. Есть лица. Общество стало более информированным, чем когда-либо. И вот он я, 20 лет жизни с ВИЧ, 20 лет брака, 20 лет работы Фонда Мэджика Джонсона. Что за чудесный тройной юбилей. Так что я продолжу делать то же самое, что я делаю каждый день. Мы только что смогли собрать миллион долларов пожертвований за три месяца. Благодаря этому многие отличные СПИД-сервисные организации по всей стране получат поддержку, потому что мы продолжим давать им гранты, чтобы они не закрывали свои двери и покупали препараты для тех людей, которые не могут себе их позволить.

 

Как еще вы попробуете работать с городским сообществом?

 

У нас есть мобильные кабинеты тестирования, потому что многие люди не могут пойти куда-нибудь еще, чтобы сделать тест – у них нет машины, нет денег на анализ – так что у нас есть машины, которые приедут прямо к ним во двор. Им просто нужно будет завернуть за угол, чтобы сделать бесплатный тест. Так мы пытаемся изменить ситуацию. Нужно хорошо понимать городскую Америку, для них нужно все упростить. Не менее важно тщательно соблюдать конфиденциальность, убедить их, что никто про их дела ничего знать не будет.

 

Ну, и наконец – я все еще здесь. Я продолжу менять ситуацию, пока жив.

 

Вы даете надежду очень многим людям просто потому, что вы до сих пор здоровы.

 

Ну, я всегда говорю, что это стало моим благословением и проклятием одновременно. Это благословение, потому что я смог прожить еще 20 лет, но в то же время это проклятие, потому что люди думают обо мне, и, как бы это сказать, успокаиваются. Мы должны привлечь внимание к тому, что это серьезная проблема и обязательно нужно проходить тестирование на ВИЧ.

 

Вокруг полным-полно людей с ВИЧ, которые даже не подозревают об этом, поэтому очень важно, чтобы как можно больше людей протестировались. Понадобятся наши всеобщие усилия, но я готов взять на себя такую задачу. Я готов бороться дальше.

 

По материалам huffingtonpost.ca, перевод Парни Плюс

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставайтесь с нами на связи: Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter

Отправить ответ

avatar
1000
wpDiscuz