В придачу к ВИЧ на человека обрушивается множество проблем, как чисто практических: где лечиться, кому сказать, как теперь с сексом, — так и психологических: шок, чувство вины, страх за свое будущее.
Имеют ли гей-пары право на жизнь? Зачем геям искать себе «половинку» — ведь, в конечном счёте, каждый гей обречён на одиночество! Стóит ли ожидать от общества толерантности к гей-парам?
Пару лет назад, когда я впервые встретил Марка на улице с мопсами, он выглядел плохо. Через полгода я чуть было его не узнал — осунувшееся лицо округлилось, даже румянец появился.
Все имена в этом материале изменены в целях безопасности. Некоторые детали биографий также были скорректированы или опущены, чтобы героев нельзя было идентифицировать. Города указаны только с согласия собеседников. В Узбекистане
Один человек, с которым я беседовал для этого материала, — мой старый знакомый, Валентин. Ему 23 года, и в этом году он закончил вуз по специальности “клинический психолог”. Когда мы
