Дискриминация

Проект «Женщина. Тюрьма. Общество» рассказал о любви в российских зонах

В планах публикации историй из мужских колоний

Тема однополых отношений в российских зонах – одна из наиболее табуированных . Интервью о женской любви за решеткой – огромная редкость. Портал «Парни ПЛЮС» пообщался с авторами проекта «Женщина. Тюрьма. Общество» об их серии публикаций «Любовь под запретом».

Больше 70 тыс. просмотров за неделю

«Формально отношения считаются нарушением, но это же вещь сложно доказуемая, то есть, все всё знают, и начальники отряда «вписываются». Но доказать могут, если вас ночью застанут вдвоем. А больше вариантов нет». 

ЛГБТ-активистка, замужняя женщина, актриса и две женщины, прожившие вместе шесть лет – четыре совершенно разные истории любви женщин за решеткой и после освобождения. Автор проекта «Женщина. Тюрьма. Общество» Леонид Агафонов рассказывает, что реакция на публикации «Любовь под запретом» была неожиданной.

«Обычно в комментариях к материалам об ЛГБТ много ругательств. Но в этот раз такого практически не было. Перепостов тоже было совсем немного. Но за первую неделю наша публикация на сайте «Семь на семь» получила больше 70 тыс. просмотров», – рассказал он порталу «Парни ПЛЮС».

Большинство из героинь он знал раньше, сталкивался с ними по своей работе в тюрьмах (Леонид был членом Общественной наблюдательной комиссии, ходил по тюрьмам – у него около 300 посещений). «Мы начали работу прошлым летом. Я позвонили моей знакомой ЛГБТ-активистке Наталье. У нее журналист проекта Наталия Донскова и взяла первое интервью», – отметил он.

«Только личные контакты – ничего другого не было, – добавляет Леонид. – Одну из героинь мне подсказал Алексей Сергеев из «Альянса гетеросексуалов и ЛГБТ за равноправие». Еще одну героиню – Марину Клещеву – я знал как артистку «Театра. Doc». В одном из спектаклей она играет меня – читает мой текст. Марина отсидела 11 лет, и хоть не очень любит об этом распространяться, но согласилась дать лично мне интервью».

Вместе с ЛГБТ-активистами

«Сотрудница оперотдела влюбилась в женщину, маскулинную такую, Аньку. Таскала ей героин. Причем все знали. Смотрели на все это как верблюды из рекламы “Кэмэл”. Мы тогда начали думать, что вся администрация на героине торчит».

Реакция на публикации была интересна и тем, что сразу два правозащитных сайта отказались брать такой материал из-за табуированности темы. ЛГБТ-активисты были гораздо более благосклонны и еще до выхода публикаций Леонид выступил на «Неделе равенства» в Петербурге. Там все желающие смогли пообщаться и с некоторыми героинями материала – пришедшие проявили большой интерес к теме.

«Наверное, если бы мы выступали перед правозащитниками, юристами или тюремными наблюдателями, то этого бы не произошло, – отмечает Наталия Донскова, – Сейчас мы планируем сделать исследование о мужских тюрьмах в аспекте гомосексуальных отношений, сделать историческую справку о том, кто и когда об этом писал и в каком контексте. Здесь для нас очень важно взаимодействие с ЛГБТ-организациями. Уже во время подготовки мы столкнулись с разночтениями того, кого можно считать ЛГБТ-людьми, кого гомосексуалами, как рассматривать эту терминологию в тюремных отношениях и так далее».

Читайте также:   Лонг-рид: Могут ли угнетённые петь? Часть 2.

Леонид добавляет, что герои для публикаций о мужских отношениях тоже уже имеются. «Есть из далекого прошлого, есть совсем свежие. Многие до сих пор скрывают свои отношения. Один из таких, к примеру, уже 20 лет как отсидел, пробовал жить с женщиной – ничего не получилось. В итоге до сих пор говорит родственникам, что у него есть женщина», – рассказал он. Публикации о гомосексуальных отношениях в мужских колониях планируется выпустить к сентябрю.

Секс есть, презервативов нет

«Сначала ты разговариваешь с человеком. Что-то тебя к нему тянет. Все начинается со страсти, а потом завязывается любовь. В зоне друг от друга никуда не денешься. Это в городе можно дел натворить, а потом убежать на другой конец города и думать: а кому я вчера дала-то?»

По оценкам Леонида, 30-40% сидящих в российских колониях мужчин участвуют в гомосексуальных связях. Есть некая кастовость – одни «петухи» и «обиженные», а другие «нормальные мужики», которые за фразу «Ты гей?» могут и в морду дать. В женских колониях ситуация совсем другая.

Леонид Агафонов добавляет, что огромная проблема в мужских колониях – это распространение ВИЧ.

«В тюрьмах есть секс, но нет презервативов. Я пытался понимать эту проблему уже три года назад, но это вызывало крайнее отторжение среди коллег. Одна из них, мать троих детей, минут 20 кричала на меня за то, что я вообще стал ей говорить об этом. Тема абсолютно запретная. Хотя в итоге отсутствие презервативов способствует распространению ВИЧ и наносит огромный ущерб государству, которое в последствие будут обеспечивать лечение людей с ВИЧ. И речь не только о вышедших из колоний, но и о других, которые в дальнейшем получат ВИЧ от них или через кого-то еще», – рассказал собеседник «Парни ПЛЮС».

Несмотря трудность темы гомосексуальных отношений в заключении, Леонид и Наталия продолжают работать над ней и выводить эти проблемы в публичное поле. «Мы надеемся что нас поддержат в том числе и те люди, которые не поддерживали раньше», – добавляют они.

Виталий Беспалов

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово

Из этой же рубрики

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.