Дискриминация

Эпидемия преследования : От коллективной травмы к исцелению.

криминализация

Почему необходимо отменить уголовное преследование ВИЧ-положительных людей? Каким образом  дискриминация только способствует росту эпидемии? Какая альтернатива карательному походу в мире уже существует? Давайте вместе попробуем найти ответы на данные вопросы в материале Кирилла Федорова.

 

ВИЧ-инфекция изменила наш мир. Сейчас уже очень сложно представить тот уровень страха, охвативший самые разные страны в разгар эпидемии. Борьба с распространением ВИЧ-инфекции всегда была чем-то большим, чем просто медицинской проблемой. Это было и остается  политическим и правозащитным вопросом. 

 

Трагедия, развернувшаяся перед всем миром, не могла пройти бесследно. Эпидемия ВИЧ-инфекции, начавшаяся в  1980-х, травмировала нас всех, породив очень много страха. А страх приводят к рождению стигмы. Стигма же, существующая в обществе, не может не проявиться в законах, которые принимаются для защиты от вируса (в конце-концов, в различных органах власти работают обычные люди). 

 

Сейчас в мире  с ВИЧ-инфекцией живет 37 миллионов человек. За 2018-й год 1,7 миллионов человек стали ВИЧ-положительными. За всю историю эпидемии от ВИЧ-инфекции умерло примерно 40 миллионов человек. А все, кто остался, продолжают жить с полученной травмой. И, как при любом не проработанном травматическом опыте, люди избегают соприкосновения с причинами, ее порождающими. 

 

Люди не хотят соприкасаться со всем, что связано с ВИЧ. Они боятся людей, живущих с ВИЧ. Они не хотят сдавать тесты на ВИЧ. Они отказываются принимать терапию, если им ставят диагноз. Любое упоминание вызывает бурную эмоциональную реакцию, а избегание этой темы дает иллюзию безопасности.  И это главные психологические барьеры, которые способствуют распространению ВИЧ-инфекции. И это способствует тому, что ВИЧ-положительные люди подвергаются дискриминации по всему миру. И что обсуждается еще реже – это приводит к криминализации (уголовному преследованию) людей, живущих с ВИЧ. 

 

Впервые вирус был обнаружен в 1981-году в США. Первый случай заражения в Советской Союзе  был зафиксирован в 1987-м году. И в этом же году был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР “О мерах профилактики заражения вирусом СПИД”. Указ включал в себя принудительное медицинское освидетельствование людей, у которых мог быть положительный ВИЧ-статус. Иностранных граждан и лиц без гражданства, отказавшихся от диагностики, предписывалось депортировать. Если ВИЧ-положительный человек поставил другого человека в ситуацию опасности, т.е. передачи вируса, – уголовный срок 5 лет, если передача ВИЧ-инфекции произошла – уголовный срок до 8 лет. 

 

Подобные законы появились в самых разных странах. С одной стороны, это было продиктовано общественной реакцией на эпидемию, (то, что иногда называют “СПИД-паникой” или “СПИД-истерией”). С другой стороны, для властей это было возможностью создать видимость борьбы с распространением вируса. Стоит отметить, что карательные/запретительные меры для любого государства – это еще самый дешевый (что вовсе не означает эффективный) способ решения возникшей проблемы. В 1996 году, уже после развала Советского Союза,  в уголовном кодексе России появилась 122 статья – “Заражение ВИЧ-инфекцией. Сейчас такие законы сохранились в больше, чем в 60  странах мира, включая США и Канаду. Наша страна лидирует по количеству осужденных ВИЧ-положительных людей.

 

Что собой представляет 122 статья УК?

 

Статья включает в себя три основных пункта:

 

  1. “Заведомое” создание ситуации, в которой другой человек подвергается риску  получить ВИЧ-инфекцию, карается сроком до трех лет лишения свободы. 

 

  1. Передача вируса от ВИЧ-положительного, знающего о своем диагнозе другому  человеку наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

 

  1. Заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей влечет за собой  лишение свободы до пяти лет. 

А также включает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет (чаще всего речь идет о сотрудниках медицинских учреждений).

В 2018-м году по  ней было осуждено 66 человек. В среднем, каждый год  к ответственности привлекается 40-50 человек.

 

Что же не так с этим и иными подобными законами, преследующими людей, живущих с ВИЧ?

 

 

  • Дела возбуждаются в том числе в ситуации, когда человек не получил ВИЧ-инфекцию, но, тем не менее, не был осведомлен о ВИЧ-положительном статусе своего партнера.

 

  • Сложность сбора доказательств как самой передачи вируса именно от конкретного лица, так и злого умысла этого деяния. 

 

  • Если оба человека являются в настоящий момент ВИЧ-положительными, затруднительно установить, кто именно из них передал партнеру ВИЧ-инфекцию

 

  • Не учитывается факт неопределяемой вирусной нагрузки у ВИЧ-положительного человека в связи с приемом антиретровирусной терапии (напомню важный факт – неопределяемая вирусная нагрузка означает невозможность передачи вируса другому человеку). Суды же до сих пор рассматривают секс без презерватива с ВИЧ-положительным человеком как опасную для здоровья ситуацию.

 

  • Полная ответственность за здоровье другого человека возлагается на ВИЧ-положительного. При этом человек без ВИЧ сам/а принимает решение заниматься сексом в презервативе или нет. 

 

  • Из-за острого переживания стыда, связанного с ВИЧ-положительным статусом, в большинстве случаев люди не готовы себя активно защищать в суде и признают свою вину.  

 

Означает ли вышесказанное, что случаи, в которых действительно произошла  сознательная передача ВИЧ-инфекции другому, не должны наказываться?

 

Вовсе нет. Для того, чтобы виновный понес ответственность, у нас уже есть вся необходимая законодательная база. Например, 121 статья УК – заражение венерическим заболеванием  или  ст. 111 и 112 УК — умышленное причинение среднего и тяжкого вреда здоровью. А судьям, принимающим решения по таким делам, необходимо опираться на современные научные данные о ВИЧ-инфекции и ее лечении.

 

 

Международное движение против криминализации

 

За последние годы медики и правозащитники пересмотрели свои взгляды на необходимость существования законов, преследующих за передачу ВИЧ-инфекции другому человеку. Появилось международное движение за отмену уголовного преследования людей, живущих с ВИЧ. Ниже я расскажу о нескольких важных событиях, которые произошли за последние десять лет. 

 

В 2009 году правозащитницы со всего мира опубликовали  документ “10 причин, по которым криминализация подвергания опасности заражения или передачи ВИЧ -инфекции наносит вред женщинам”. В нем отмечалось, что перед репрессивным законодательством уязвимы прежде всего женщины т.к. именно они чаще всего первыми узнают о своем ВИЧ-положительном статусе в процессе подготовки к появлению ребенка. И именно женщину легче всего обвинить в том, что это она именно она передала вирус своему мужу ил партнеру.

 

13 февраля  2012 года в столице Норвегии представителями международного гражданского общества была принята «Декларация Осло о криминализации ВИЧ-инфекции». Эта декларация стала первым международным документом, подготовленным экспертами по праву и медицине и провозглашающим необходимость отмены уголовного преследования ВИЧ-положительных людей (5). 

 

В июле 2012 года вышел доклад экспертов Глобальной комиссии по ВИЧ и законодательству, в котором авторы пришли к выводу о том, что “подобные законы не способствуют распространению безопасного секса. Вместо этого, они вызывают нежелание проходить тестирования или обращаться за лечением, поскольку люди боятся судебного преследования за передачу ВИЧ партнерам или детям”. 

 

В июле 2018-го на международной конференции AIDS2018, проходящей в Амстердаме, стартовала масштабная кампания «Преследуй вирус, не людей!»

Летом 2019-го вышло “Заявление об экспертном консенсусе в отношении научных данных о ВИЧ- инфекции в контексте уголовного права”, в которых двадцать ученых указали на то, что  “судебные преследования не всегда руководствуются наилучшими имеющимися научными и медицинскими доказательствами”. 

 

В декабре 2019-го было опубликовано заявление активистов и активисток из национальных, региональных и международных сетей ВИЧ-сервисных и правозащитных организаций, работающих  в странах Восточной Европы и Центральной Азии. В заявлении еще раз подчеркивалось, что репрессивное законодательство является пережитком прошлого и не учитывает, например,  использование презервативов или низкую/нулевую вирусную нагрузку как средства защиты.

 

Множественная криминализация.

 

Говоря об уголовном  преследовании людей, живущих с ВИЧ, нельзя не сказать и об определённых социальных группах, которые подвергаются множественной дискриминации и криминализации (т.е преследованию по двум и более признакам). Существуют группы, которые особенно уязвимы для  ВИЧ-инфекции: люди, вовлеченные в проституцию, потребители наркотиков, мужчины, практикующие секс с мужчинами.  Миграция, недостаточное образование, маргинализация и бедность усиливают риски, связанные с этим поведением. 

Эпидемия преследования : От коллективной травмы к исцелению.
[adrotate group="1"]

Мир заплатил большую цену, игнорируя начало эпидемии ВИЧ из-за своих предрассудков. Долгое время проблема игнорировалась, т.к. не касалась тех, кто не относился к перечисленным  группам. Большинству было не жалко умирающих от СПИДа геев, проституков и наркозависимых. Считалось, что ВИЧ – это справедливая Божья кара за греховный образ жизни. Подобное отношение привело к эпидемии и в нашей стране, когда ВИЧ-инфекция вышла за границы определенных групп и стала быстро распространяться среди всех, вне зависимости от каких-либо признаков. Это главная ловушка, в которую попадают многие люди: вера в то, что ВИЧ-инфекция их не коснется, т.к. они живут “нормальной” жизнью.  А криминализация и дискриминация, существующая в нашей стране по отношению к этим стигматизированным группам, только усиливает эту веру. Давайте подробнее рассмотрим ситуацию с каждой из уязвимых групп. 

 

 

Мигранты.

 

Согласно российскому законодательству  (N 38-ФЗ «О предупреждении распространения в РФ заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека» и N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в РФ»), иностранцы  для того, чтобы получить визу больше, чем на три месяца, разрешение на временное проживание и на работу, вид на жительство или гражданство, должны предъявить справку о том, что у них нет ВИЧ-инфекции. ВИЧ-положительных иностранцев депортируют  с последующим запретом на въезд. 

 

Вновь закон базируется на двух предрассудках: ВИЧ-положительные мигранты априори опасны для граждан по факту  наличия у них в организме вируса, и их поведение по отношению к окружающим будет безответственным. Это приводит не к снижению рисков передачи ВИЧ, а к повышению тревоги и стыда у мигрантов, которые начинают скрывать от других наличие диагноза и, что хуже, могут уйти в личное отрицание и отказ от медицинской помощи. И этот отказ уже действительно повышает риски как для его собственного здоровья, так и для здоровья других людей.  

 

В 2016 году Конституционный суд РФ смягчил запрет на пребывание для ВИЧ-положительных мигрантов в случае, если они имеют в России семью, но в целом не отменил эти законодательные нормы. Россия является единственной страной Совета Европы и одной из 16 стран во всем мире, которая осуществляет депортацию ВИЧ-положительных иностранцев.

 

Люди, вовлеченные в оказание секс-услуг.

 

В России существует  административная ответственность (КоАП 6.11.), предусматривающая штрафы за оказание платных сексуальных услуг.  Вокруг проституции/секс-работы идут бурные дискуссии, но даже несмотря на существующий эмоциональный накал, как сторонники легализации проституции, так и те, кто выступает за скандинавский вариант (криминализации клиента) убеждены в том, что нужно отменить данную статью, т.к. она ставит людей, занимающихся проституцией в еще более уязвимое положение. 

Они могут подвергаться шантажу как со стороны своих клиентов, так и правоохранительных органов и сутенеров. Полицейские часто избивают и насилуют женщин, вовлеченных в проституцию т.к. они понимают, что эти женщины не равны  перед законом и им сложно защитить свои права. По этой же причине секс-работницы боятся обращаться в правоохранительные органы в ситуации насилия со стороны клиента. Данные о привлечении по статье 6.11. остаются в базе МВД, что в дальнейшем усложняет поиск работы для людей, желающих выйти из бизнеса секс-услуг. 

В 2015 году Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин признал данную статью дискриминационной и порекомендовал российским властям отменить её в связи с тем, что подобный закон мешает отслеживать случаи насилия по отношению к женщинам, занимающихся проституцией. 

Эту же позицию выразил Комитет ООН по экономическим, социальным и культурным правам в 2017-м году.  Наряду с дискриминацией и насилием, общественное мнение о людях, занимающихся проституцией, как о “грязных”, “аморальных” и “падших”” препятствует обращению секс-работниц за медицинской помощью, а также тормозит развитие программ профилактики ВИЧ и других инфекций в этой ключевой группе. 

 

 

Наркопотребители.

 

В мире каждый 18-й человек  употребляет наркотики. В 2016 году 45% всех людей, употребляющих инъекционные наркотики (от 15 до 64 лет), то есть около 4,8 млн человек, проживали в трех странах: Китае, России и США (12). Все, что связано с наркотиками в России, сложно обсуждать публично. Нам с детства вбивают в голову , что наркотики – это плохо. И все люди, которые с ними связаны – плохие. Это карикатурное и довольно инфантильное отношение к сложной социальной проблеме прочно укоренилось в российском обществе. 

 

Хотя формально у нас нет законов, преследующих тех, кто употребляет, но есть  228 статья УК, которая преследует за хранение наркотических средств. Но, к сожалению, опыт применения статьи, которая получила уже устойчивую характеристику как “народная”, показывает, что  почти каждый четвертый российский заключенный сидит за наркотики, и в большинстве случаев это именно наркопотребители, которые хранили различные нарковещества для собственного  употребления.  

 

Многолетняя карательная государственная наркополитика создала в нашем обществе атмосферу, в которой невозможно обсуждать заботу о здоровье людей, принимающих наркотики до момента их реабилитации. Чаще всего наркопотребители  перестают воспринимаются обществом как люди, которым нужна помощь не только в излечении от зависимости, но и в сохранении здоровья, пока человек еще не решил полностью отказаться от употребления наркотиков. И любые меры, направленные на профилактику ВИЧ-инфекции среди тех, кто употребляет инъекционные наркотики, например предоставление стерильных шприцев, воспринимается как поощрение и чуть ли не пропаганда употребления наркотиков. 

 

В 2019 году Объединённая программа ООН по ВИЧ/СПИД выпустила рекомендации “Здоровье, права и наркотики. Снижение вреда, декриминализация и нулевая дискриминация людей, принимающих наркотики”, в которой обобщила множество различных исследований в области профилактики и лечения ВИЧ-инфекции среди наркопотребителей: 

 

“И, при этом, нам хорошо известно, какие подходы являются эффективными. У нас есть убедительные, исчерпывающие в своей полноте доказательства того, что сохранить здоровье людей, употребляющих инъекционные наркотики, позволяют подходы на основе снижения вреда, – в частности, опиоидная заместительная терапия и программы игл и шприцев. 

 

Это безопасные и экономически оправданные подходы. К тому же, когда люди, употребляющие наркотики, получают доступ к услугам снижения вреда, они с большей вероятностью проходят обследование на ВИЧ-инфекцию и, в случае подтверждения диагноза, становятся на учет и начинают терапию в рекомендованном режиме  <…> Людям, употребляющим наркотики, нужна поддержка, а не лишение свободы.

 

ЛГБТ-сообщество

 

Хотя официально в России уголовное преследование за однополый секс (печально известная 121 статья) было отменено в 1991 году, предрассудки  и стигма, окружающие геев, лесбиянок, бисексуальных и трансгендерных людей, никуда не делись. В 2013 году был принят закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних. Принятие закона сопровождалось масштабной гомофобной информационной кампанией, которая привела к всплеску насилия в отношении ЛГБТ.   

 

Гомофобная политика не только мешает системно заниматься профилактикой ВИЧ среди представителей ЛГБТ-сообщества, но и создает условия, в которых люди под влиянием навязанных извне неприязни и стыда из-за своей сексуальности или гендерной идентичности начинают рискованно вести себя, в том числе не использовать презервативы и заниматься сексом под влиянием алкоголя и наркотиков (16). В 2017-м году  Европейский суд по правам человека признал гомофобный  закон дискриминационным и рекомендовал его отменить.

 

Выход из травмы.

 

Лучшие показатели по снижению распространения ВИЧ-инфекции мы видим в странах, где практикуются не карательные и стигматизирующие подходы, а подходы, ориентированные на понимание и сострадание, которые при этом учитывают  принципы эффективности и прагматичности законодательства. Наша страна с законами, направленными против как отдельных социальных групп, так и людей, живущих с ВИЧ, является прямым доказательством, что такой подход не работает (по данным Роспотребнадзора, опубликованным в конце 2019 года, сейчас в России с ВИЧ живет больше миллиона человек, и это только официально зарегистрированные случаи). 

 

Криминализация неэффективна – именно к такому заключению пришли  международные исследователи и эксперты в области профилактики и лечения ВИЧ-инфекции. В современном мире существует эффективная антиретровирусная терапия, доступное тестирование, ранняя диагностика, множество сайтов с достоверной информацией,  разработано множество рекомендаций по осуществлению профилактики с самыми разными социальными группами. И законы, принятые в определенном историческом контексте, должны учитывать эти изменения. 

 

Мы живем в мире, где уже сорок лет существует  ВИЧ-инфекция. В 2020-м году нам пора начать говорить об этом на другом языке, изменить наш подход к борьбе с распространением вируса. Что, собственно, с разной скоростью и начинает происходить в различных странах. Нам пора встать на путь исцеления той травмы, которую нанесла нам эпидемия ВИЧ-инфекции. И этот путь начинается с того, что мы можем проявлять по отношению друг к другу лучшее, что в нас есть: понимание, сострадание, желание помочь, умение сотрудничать с друг другом, опираясь на наши ценности.  

 

Для того, чтобы действительно изменить ситуацию с ВИЧ в нашей стране, нужно научиться конструктивно обсуждать вопросы, связанные с профилактикой и лечением. Отменить неуместные законодательные ограничения. Видеть в представителях стигматизированных групп не “извращенщев, проституток, понаехавших и накроманов”, а людей, находящихся в разных жизненных условиях, людей с разными характеристиками и разными потребностями и возможностями. Людей, которым нужны понимание и помощь, а не предрассудки и дискриминация. 

 

Эпидемия ВИЧ-инфекции может помочь нам обратить внимание на самый широкий круг вопросов: гендерное равенство, насилие в семье, отношение к мигрантам и людям, вовлеченным в проституцию, наркополитику, вопросы равноправия ЛГБТ-сообщества. Нам необходимо поставить права человека и человеческое достоинство в центр борьбы с эпидемией. Существование в мире ВИЧ-инфекции – это большой вопрос жизни к нам. И только от нас зависит, на что мы будем опираться, когда дадим на него ответ: на наши страхи, предрассудки и травмы – либо на все то, лучшее, что в нас есть.  

Автор: Кир Федоров

Материал подготовлен в рамках кампании: «Преследуй вирус, а не людей!»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube

Из этой же рубрики