Дискриминация

Эпидемия преследования: От коллективной травмы к исцелению.

криминализация

Почему необходимо отменить уголовное преследование ВИЧ-положительных людей? Каким образом дискриминация только способствует росту эпидемии? Какая альтернатива карательному походу в мире уже существует? Давайте вместе попробуем найти ответы на данные вопросы в материале Кирилла Федорова.

ВИЧ-инфекция изменила наш мир. Сейчас уже очень сложно представить тот уровень страха, охвативший самые разные страны в разгар эпидемии. Борьба с распространением ВИЧ-инфекции всегда была чем-то большим, чем просто медицинской проблемой. Это было и остается политическим и правозащитным вопросом.

Трагедия, развернувшаяся перед всем миром, не могла пройти бесследно. Эпидемия ВИЧ-инфекции, начавшаяся в 1980-х, травмировала нас всех, породив очень много страха. А страх приводят к рождению стигмы. Стигма же, существующая в обществе, не может не проявиться в законах, которые принимаются для защиты от вируса (в конце-концов, в различных органах власти работают обычные люди).

Сейчас в мире с ВИЧ-инфекцией живет 37 миллионов человек. За 2018-й год 1,7 миллионов человек стали ВИЧ-положительными. За всю историю эпидемии от ВИЧ-инфекции умерло примерно 40 миллионов человек. А все, кто остался, продолжают жить с полученной травмой. И, как при любом не проработанном травматическом опыте, люди избегают соприкосновения с причинами, ее порождающими.

Люди не хотят соприкасаться со всем, что связано с ВИЧ. Они боятся людей, живущих с ВИЧ. Они не хотят сдавать тесты на ВИЧ. Они отказываются принимать терапию, если им ставят диагноз. Любое упоминание вызывает бурную эмоциональную реакцию, а избегание этой темы дает иллюзию безопасности. И это главные психологические барьеры, которые способствуют распространению ВИЧ-инфекции. И это способствует тому, что ВИЧ-положительные люди подвергаются дискриминации по всему миру. И что обсуждается еще реже — это приводит к криминализации (уголовному преследованию) людей, живущих с ВИЧ.

Впервые вирус был обнаружен в 1981-году в США. Первый случай заражения в Советской Союзе был зафиксирован в 1987-м году. И в этом же году был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О мерах профилактики заражения вирусом СПИД». Указ включал в себя принудительное медицинское освидетельствование людей, у которых мог быть положительный ВИЧ-статус. Иностранных граждан и лиц без гражданства, отказавшихся от диагностики, предписывалось депортировать. Если ВИЧ-положительный человек поставил другого человека в ситуацию опасности, т. е. передачи вируса, — уголовный срок 5 лет, если передача ВИЧ-инфекции произошла — уголовный срок до 8 лет.

Подобные законы появились в самых разных странах. С одной стороны, это было продиктовано общественной реакцией на эпидемию, (то, что иногда называют «СПИД-паникой» или «СПИД-истерией»). С другой стороны, для властей это было возможностью создать видимость борьбы с распространением вируса. Стоит отметить, что карательные/запретительные меры для любого государства — это еще самый дешевый (что вовсе не означает эффективный) способ решения возникшей проблемы. В 1996 году, уже после развала Советского Союза, в уголовном кодексе России появилась 122 статья — «Заражение ВИЧ-инфекцией«. Сейчас такие законы сохранились в больше, чем в 60 странах мира, включая США и Канаду. Наша страна лидирует по количеству осужденных ВИЧ-положительных людей.

Что собой представляет 122 статья УК?

Статья включает в себя три основных пункта:

  1. «Заведомое» создание ситуации, в которой другой человек подвергается риску получить ВИЧ-инфекцию, карается сроком до трех лет лишения свободы.
  1. Передача вируса от ВИЧ-положительного, знающего о своем диагнозе другому человеку наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.
  1. Заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей влечет за собой лишение свободы до пяти лет.

А также включает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет (чаще всего речь идет о сотрудниках медицинских учреждений).

В 2018-м году по ней было осуждено 66 человек. В среднем, каждый год к ответственности привлекается 40−50 человек.

Что же не так с этим и иными подобными законами, преследующими людей, живущих с ВИЧ?

  • Дела возбуждаются в том числе в ситуации, когда человек не получил ВИЧ-инфекцию, но, тем не менее, не был осведомлен о ВИЧ-положительном статусе своего партнера.
  • Сложность сбора доказательств как самой передачи вируса именно от конкретного лица, так и злого умысла этого деяния.
  • Если оба человека являются в настоящий момент ВИЧ-положительными, затруднительно установить, кто именно из них передал партнеру ВИЧ-инфекцию
  • Не учитывается факт неопределяемой вирусной нагрузки у ВИЧ-положительного человека в связи с приемом антиретровирусной терапии (напомню важный факт — неопределяемая вирусная нагрузка означает невозможность передачи вируса другому человеку). Суды же до сих пор рассматривают секс без презерватива с ВИЧ-положительным человеком как опасную для здоровья ситуацию.
  • Полная ответственность за здоровье другого человека возлагается на ВИЧ-положительного. При этом человек без ВИЧ сам/а принимает решение заниматься сексом в презервативе или нет.
  • Из-за острого переживания стыда, связанного с ВИЧ-положительным статусом, в большинстве случаев люди не готовы себя активно защищать в суде и признают свою вину.

Означает ли вышесказанное, что случаи, в которых действительно произошла сознательная передача ВИЧ-инфекции другому, не должны наказываться?

Вовсе нет. Для того, чтобы виновный понес ответственность, у нас уже есть вся необходимая законодательная база. Например, 121 статья УК — заражение венерическим заболеванием или ст. 111 и 112 УК — умышленное причинение среднего и тяжкого вреда здоровью. А судьям, принимающим решения по таким делам, необходимо опираться на современные научные данные о ВИЧ-инфекции и ее лечении.

Международное движение против криминализации

За последние годы медики и правозащитники пересмотрели свои взгляды на необходимость существования законов, преследующих за передачу ВИЧ-инфекции другому человеку. Появилось международное движение за отмену уголовного преследования людей, живущих с ВИЧ. Ниже я расскажу о нескольких важных событиях, которые произошли за последние десять лет.

В 2009 году правозащитницы со всего мира опубликовали документ «10 причин, по которым криминализация подвергания опасности заражения или передачи ВИЧ -инфекции наносит вред женщинам». В нем отмечалось, что перед репрессивным законодательством уязвимы прежде всего женщины т.к. именно они чаще всего первыми узнают о своем ВИЧ-положительном статусе в процессе подготовки к появлению ребенка. И именно женщину легче всего обвинить в том, что это она именно она передала вирус своему мужу ил партнеру.

13 февраля 2012 года в столице Норвегии представителями международного гражданского общества была принята «Декларация Осло о криминализации ВИЧ-инфекции». Эта декларация стала первым международным документом, подготовленным экспертами по праву и медицине и провозглашающим необходимость отмены уголовного преследования ВИЧ-положительных людей (5).

В июле 2012 года вышел доклад экспертов Глобальной комиссии по ВИЧ и законодательству, в котором авторы пришли к выводу о том, что «подобные законы не способствуют распространению безопасного секса. Вместо этого, они вызывают нежелание проходить тестирования или обращаться за лечением, поскольку люди боятся судебного преследования за передачу ВИЧ партнерам или детям».

В июле 2018-го на международной конференции AIDS2018, проходящей в Амстердаме, стартовала масштабная кампания «Преследуй вирус, не людей!«.

Летом 2019-го вышло «Заявление об экспертном консенсусе в отношении научных данных о ВИЧ- инфекции в контексте уголовного права», в которых двадцать ученых указали на то, что «судебные преследования не всегда руководствуются наилучшими имеющимися научными и медицинскими доказательствами».

В декабре 2019-го было опубликовано заявление активистов и активисток из национальных, региональных и международных сетей ВИЧ-сервисных и правозащитных организаций, работающих в странах Восточной Европы и Центральной Азии. В заявлении еще раз подчеркивалось, что репрессивное законодательство является пережитком прошлого и не учитывает, например, использование презервативов или низкую/нулевую вирусную нагрузку как средства защиты.

Множественная криминализация.

Говоря об уголовном преследовании людей, живущих с ВИЧ, нельзя не сказать и об определённых социальных группах, которые подвергаются множественной дискриминации и криминализации (т.е преследованию по двум и более признакам). Существуют группы, которые особенно уязвимы для ВИЧ-инфекции: люди, вовлеченные в проституцию, потребители наркотиков, мужчины, практикующие секс с мужчинами. Миграция, недостаточное образование, маргинализация и бедность усиливают риски, связанные с этим поведением.

Мир заплатил большую цену, игнорируя начало эпидемии ВИЧ из-за своих предрассудков. Долгое время проблема игнорировалась, т.к. не касалась тех, кто не относился к перечисленным группам. Большинству было не жалко умирающих от СПИДа геев, проституков и наркозависимых. Считалось, что ВИЧ — это справедливая Божья кара за греховный образ жизни. Подобное отношение привело к эпидемии и в нашей стране, когда ВИЧ-инфекция вышла за границы определенных групп и стала быстро распространяться среди всех, вне зависимости от каких-либо признаков. Это главная ловушка, в которую попадают многие люди: вера в то, что ВИЧ-инфекция их не коснется, т.к. они живут «нормальной» жизнью. А криминализация и дискриминация, существующая в нашей стране по отношению к этим стигматизированным группам, только усиливает эту веру. Давайте подробнее рассмотрим ситуацию с каждой из уязвимых групп.

Мигранты.

Согласно российскому законодательству (N 38-ФЗ «О предупреждении распространения в РФ заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека» и N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в РФ»), иностранцы для того, чтобы получить визу больше, чем на три месяца, разрешение на временное проживание и на работу, вид на жительство или гражданство, должны предъявить справку о том, что у них нет ВИЧ-инфекции. ВИЧ-положительных иностранцев депортируют с последующим запретом на въезд.

Вновь закон базируется на двух предрассудках: ВИЧ-положительные мигранты априори опасны для граждан по факту наличия у них в организме вируса, и их поведение по отношению к окружающим будет безответственным. Это приводит не к снижению рисков передачи ВИЧ, а к повышению тревоги и стыда у мигрантов, которые начинают скрывать от других наличие диагноза и, что хуже, могут уйти в личное отрицание и отказ от медицинской помощи. И этот отказ уже действительно повышает риски как для его собственного здоровья, так и для здоровья других людей.

В 2016 году Конституционный суд РФ смягчил запрет на пребывание для ВИЧ-положительных мигрантов в случае, если они имеют в России семью, но в целом не отменил эти законодательные нормы. Россия является единственной страной Совета Европы и одной из 16 стран во всем мире, которая осуществляет депортацию ВИЧ-положительных иностранцев.

Люди, вовлеченные в оказание секс-услуг.

В России существует административная ответственность (КоАП 6.11.), предусматривающая штрафы за оказание платных сексуальных услуг. Вокруг проституции/секс-работы идут бурные дискуссии, но даже несмотря на существующий эмоциональный накал, как сторонники легализации проституции, так и те, кто выступает за скандинавский вариант (криминализации клиента) убеждены в том, что нужно отменить данную статью, т.к. она ставит людей, занимающихся проституцией в еще более уязвимое положение.

Они могут подвергаться шантажу как со стороны своих клиентов, так и правоохранительных органов и сутенеров. Полицейские часто избивают и насилуют женщин, вовлеченных в проституцию т.к. они понимают, что эти женщины не равны перед законом и им сложно защитить свои права. По этой же причине секс-работницы боятся обращаться в правоохранительные органы в ситуации насилия со стороны клиента. Данные о привлечении по статье 6.11. остаются в базе МВД, что в дальнейшем усложняет поиск работы для людей, желающих выйти из бизнеса секс-услуг.

В 2015 году Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин признал данную статью дискриминационной и порекомендовал российским властям отменить её в связи с тем, что подобный закон мешает отслеживать случаи насилия по отношению к женщинам, занимающихся проституцией.

Эту же позицию выразил Комитет ООН по экономическим, социальным и культурным правам в 2017-м году. Наряду с дискриминацией и насилием, общественное мнение о людях, занимающихся проституцией, как о «грязных», «аморальных» и «падших»» препятствует обращению секс-работниц за медицинской помощью, а также тормозит развитие программ профилактики ВИЧ и других инфекций в этой ключевой группе.

Наркопотребители.

В мире каждый 18-й человек употребляет наркотики. В 2016 году 45% всех людей, употребляющих инъекционные наркотики (от 15 до 64 лет), то есть около 4,8 млн человек, проживали в трех странах: Китае, России и США (12). Все, что связано с наркотиками в России, сложно обсуждать публично. Нам с детства вбивают в голову, что наркотики — это плохо. И все люди, которые с ними связаны — плохие. Это карикатурное и довольно инфантильное отношение к сложной социальной проблеме прочно укоренилось в российском обществе.

Хотя формально у нас нет законов, преследующих тех, кто употребляет, но есть 228 статья УК, которая преследует за хранение наркотических средств. Но, к сожалению, опыт применения статьи, которая получила уже устойчивую характеристику как «народная», показывает, что почти каждый четвертый российский заключенный сидит за наркотики, и в большинстве случаев это именно наркопотребители, которые хранили различные нарковещества для собственного употребления.

Многолетняя карательная государственная наркополитика создала в нашем обществе атмосферу, в которой невозможно обсуждать заботу о здоровье людей, принимающих наркотики до момента их реабилитации. Чаще всего наркопотребители перестают воспринимаются обществом как люди, которым нужна помощь не только в излечении от зависимости, но и в сохранении здоровья, пока человек еще не решил полностью отказаться от употребления наркотиков. И любые меры, направленные на профилактику ВИЧ-инфекции среди тех, кто употребляет инъекционные наркотики, например предоставление стерильных шприцев, воспринимается как поощрение и чуть ли не пропаганда употребления наркотиков.

В 2019 году Объединённая программа ООН по ВИЧ/СПИД выпустила рекомендации «Здоровье, права и наркотики. Снижение вреда, декриминализация и нулевая дискриминация людей, принимающих наркотики», в которой обобщила множество различных исследований в области профилактики и лечения ВИЧ-инфекции среди наркопотребителей:

«И, при этом, нам хорошо известно, какие подходы являются эффективными. У нас есть убедительные, исчерпывающие в своей полноте доказательства того, что сохранить здоровье людей, употребляющих инъекционные наркотики, позволяют подходы на основе снижения вреда, — в частности, опиоидная заместительная терапия и программы игл и шприцев.

Это безопасные и экономически оправданные подходы. К тому же, когда люди, употребляющие наркотики, получают доступ к услугам снижения вреда, они с большей вероятностью проходят обследование на ВИЧ-инфекцию и, в случае подтверждения диагноза, становятся на учет и начинают терапию в рекомендованном режиме <…> Людям, употребляющим наркотики, нужна поддержка, а не лишение свободы.

ЛГБТ-сообщество

Хотя официально в России уголовное преследование за однополый секс (печально известная 121 статья) было отменено в 1991 году, предрассудки и стигма, окружающие геев, лесбиянок, бисексуальных и трансгендерных людей, никуда не делись. В 2013 году был принят закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних. Принятие закона сопровождалось масштабной гомофобной информационной кампанией, которая привела к всплеску насилия в отношении ЛГБТ.

Гомофобная политика не только мешает системно заниматься профилактикой ВИЧ среди представителей ЛГБТ-сообщества, но и создает условия, в которых люди под влиянием навязанных извне неприязни и стыда из-за своей сексуальности или гендерной идентичности начинают рискованно вести себя, в том числе не использовать презервативы и заниматься сексом под влиянием алкоголя и наркотиков (16). В 2017-м году Европейский суд по правам человека признал гомофобный закон дискриминационным и рекомендовал его отменить.

Выход из травмы.

Лучшие показатели по снижению распространения ВИЧ-инфекции мы видим в странах, где практикуются не карательные и стигматизирующие подходы, а подходы, ориентированные на понимание и сострадание, которые при этом учитывают принципы эффективности и прагматичности законодательства. Наша страна с законами, направленными против как отдельных социальных групп, так и людей, живущих с ВИЧ, является прямым доказательством, что такой подход не работает (по данным Роспотребнадзора, опубликованным в конце 2019 года, сейчас в России с ВИЧ живет больше миллиона человек, и это только официально зарегистрированные случаи).

Криминализация неэффективна — именно к такому заключению пришли международные исследователи и эксперты в области профилактики и лечения ВИЧ-инфекции. В современном мире существует эффективная антиретровирусная терапия, доступное тестирование, ранняя диагностика, множество сайтов с достоверной информацией, разработано множество рекомендаций по осуществлению профилактики с самыми разными социальными группами. И законы, принятые в определенном историческом контексте, должны учитывать эти изменения.

Мы живем в мире, где уже сорок лет существует ВИЧ-инфекция. В 2020-м году нам пора начать говорить об этом на другом языке, изменить наш подход к борьбе с распространением вируса. Что, собственно, с разной скоростью и начинает происходить в различных странах. Нам пора встать на путь исцеления той травмы, которую нанесла нам эпидемия ВИЧ-инфекции. И этот путь начинается с того, что мы можем проявлять по отношению друг к другу лучшее, что в нас есть: понимание, сострадание, желание помочь, умение сотрудничать с друг другом, опираясь на наши ценности.

Для того, чтобы действительно изменить ситуацию с ВИЧ в нашей стране, нужно научиться конструктивно обсуждать вопросы, связанные с профилактикой и лечением. Отменить неуместные законодательные ограничения. Видеть в представителях стигматизированных групп не «извращенщев, проституток, понаехавших и накроманов», а людей, находящихся в разных жизненных условиях, людей с разными характеристиками и разными потребностями и возможностями. Людей, которым нужны понимание и помощь, а не предрассудки и дискриминация.

Эпидемия ВИЧ-инфекции может помочь нам обратить внимание на самый широкий круг вопросов: гендерное равенство, насилие в семье, отношение к мигрантам и людям, вовлеченным в проституцию, наркополитику, вопросы равноправия ЛГБТ-сообщества. Нам необходимо поставить права человека и человеческое достоинство в центр борьбы с эпидемией. Существование в мире ВИЧ-инфекции — это большой вопрос жизни к нам. И только от нас зависит, на что мы будем опираться, когда дадим на него ответ: на наши страхи, предрассудки и травмы — либо на все то, лучшее, что в нас есть.

Автор: Кир Федоров

Материал подготовлен в рамках кампании: «Преследуй вирус, а не людей!»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube

Из этой же рубрики

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *