Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

В этом материале мы собрали истории ЛГБТК+ людей, каждый из них сейчас находятся в разных точках планеты и заново выстраивают свою жизнь

Для нас было важным услышать их истории, пережить вместе новые впечатления, переживания и радостные события, с которыми сталкиваются люди в эмиграции.

Каждому из участников мы предложили один тезис и попросили как можно подробнее ответить на него:

«Поделись каким-нибудь радостным, приятным, грустным, тяжелым или любым другим запомнившимся тебе событием или ситуацией, которую удалось пережить за то время, что ты находишься в эмиграции. Это может быть все что угодно: знакомство с новыми людьми, романтическая связь или трудность, которую с трудом удалось преодолеть — нам важно услышать и прочувствовать эту историю».

С любыми проблемами, возникшими из-за переезда, можно обратиться к нашему равному консультанту или прийти на группу поддержки для ЛГБТ-эмигрантов под эгидой «Парни ПЛЮС». Чтобы попасть туда, напишите нам: @parni_plus_bot

А в следующий раз мы расскажем аналогичные истории ЛГБТК+ людей из разных уголков России.

Степан, 22 года, гей, Бали / Таиланд

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

В эмиграции я с октября 2022 года. Когда началась мобилизация, уехал на Бали, не знал на какой срок и что буду делать дальше. К сожалению, что делать дальше, так и не смог понять на сегодняшний момент. Сейчас работаю над тем, чтобы начать зарабатывать и не тратить много времени на это. У меня нет нигде ВНЖ или убежища, везде в Азии я на птичьих правах. Прожил на Бали ровно год, сейчас в Бангкоке, Таиланд

История, которую хочу рассказать, связана с моей сегодняшней деятельностью — я вебкам модель и порноактер. Как ни странно, все это началось именно на Бали. Раньше все было иначе, я учился в университете и мне всячески помогали родители. После переезда у меня была некая сумма денег на несколько месяцев жизни, но я понимал, что надо как-то дальше себя кормить — было принято решение продолжить заниматься вебкамом. Onlyfans, как известно, заблокировал всех русских, но благодаря документам, которые я получил на Бали, аккаунт получилось восстановить. Скажу сразу, что в самом начале это были настоящие копейки на которые я мог снимать себе только недорогое жилье и не в лучшем состоянии.

В первые полгода на Бали я регулярно сидел в date-приложениях. Так получилось, что познакомился с классным парнем Никитой. Он мне очень помог контактом одного из onlyfans-моделей, который живет на Бали. Я тогда понял, что мне это нужно, других вариантов у меня не было. Написал парню и он согласился снять совместный ролик, назначили дату съемки. Я, наглотавшись парой таблеток фенибута для спокойствия, поехал на съемки — все прошло прекрасно. Самое забавное, что на камере я был как профи, хотя опыта такого раньше не было. 

После были взаимные отметки в twitter и пошли мои первые крупные продажи в onlyfans. После было еще пару съемок, а сейчас я начал работать с ним в одном агентстве и у нас идет активный запуск моей страницы. В общем, эта история о том, как важны знакомства и коммуникация. Никогда не мог бы подумать, что все так закрутится. Сейчас мое финансовое и моральное состояние на достаточно хорошем уровне и я чувствую себя очень комфортно, хотя иногда меня тревожит тот факт, что я всегда немного чужой в этих азиатских странах. Очень хочу поехать в Европу или США, но возможности финансовой пока что нет, а ехать и начинать все с нуля я не хочу. По сути, это история о начале моей порно-карьеры.

Игорь, 24 года, гей, Аргентина

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

Для меня эмиграция запомнится навсегда, благодаря истории, которую пришлось пережить. 

Я и мой парень после 2 месяцев жизни в Турции наконец взяли билеты в заветную Аргентину. Ничего не предвещало беды, но буквально перед посадкой на самолет я понял, что потерял папку со всеми моими документами. Хорошо, что загранпаспорт был отдельно. Времени искать документы не было, так как посадка подходила к концу, и мы решили просто сесть в самолет. 

Вся ситуация осложнялась тем, что в этой папке были документы на нашу собаку, которая эмигрировала с нами, и мы не представляли как будем забирать ее в аэропорту Аргентины. Мы решили не терять билеты и действовать по ситуации. 

После 20 часов перелета мы наконец-то приземлились в Буэнос-Айресе, успешно прошли паспортный контроль, получили багаж и забрали собаку. На выходе мой парень прошел последний пункт досмотра с нашим багажом, остался я и собака. 

Я думал нас пронесет и ничего не спросят, как было в Турции, но меня не пропустили и сказали идти в окно ветеринарного контроля, чтобы оформить ввоз собаки.

Я думал получится «скосить под дурачка» и придумать решение вместе со специалистами ветконтроля, но все сыграло против нас. Когда я сказал, что документов нет и они утеряны в стамбульском аэропорте — меня взяли под особый контроль, забрали паспорт, и велели ждать менеджерку, которая говорит на английском. Спойлер — в Аргентине мало кто хорошо говорит по-английски. 

Когда менеджерка пришла, и я объяснил всю ситуацию с потерянными документами — мы вроде начали решать проблему. Мы сделали официальный запрос в стамбульский аэропорт, сделали запрос в стойку потерянных вещей, но нигде не нашли документов. 

Ветконтроль пошел на встречу и разрешил предоставить фото документов, но так как они были утеряны — даже этого я не мог предоставить.

Узнать о ВИЧ+ статусе в эмиграции — интервью

Все это время мои документы искала служба «lost&found» стамбульского аэропорта, но ответа не было. Благо, я вспомнил, что при оформлении собаки в Турции, брали копии всех документов. Оставалось придумать как получить эти копии от них. В Турции в тот момент была глубокая ночь. 

Я начал писать всем нашим друзьям и знакомым в Стамбуле, в надежде что кто-то сможет съездить в сельхознадзор Стамбула и запросить эти документы, но практически все либо уехали, либо были не в Стамбуле. 

Примерно в этот момент ко мне подошла менеджерка аэропорта уточнить про статус процесса поиска документов. И сказала, если в течение суток ничего не поменяется — меня депортируют из страны. 

Мой парень уже уехал на квартиру, а я остался ждать какого-то решения в аэропорту. Через пару часов мне ответил наш знакомый, с которым у нас был секс втроем много времени назад, это был последний вариант, я отчаялся. Но этот парень смог мне помочь и через несколько часов он уже был в сельхознадзоре в Стамбуле.  

Работники службы вспомнили меня, ужаснулись ситуации, и очень быстро подняли архивы, прислали мне заветные сканы документов на почту. Благодаря этому я все же смог выйти из аэропорта Буэнос-Айреса, пускай и после 14 часов стрессового ожидания. 

Мораль истории — не теряйте документы и поддерживайте хорошие отношения со всеми людьми, мало ли когда понадобится помощь.

Егор, 26 лет, гей, Армения

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

Скажу сразу — этот год был разнообразным на эмоции — не то чтобы до этого все было гладко и хорошо, как раз зачастую я был погружен в апатию. По большей части это было связано с тем, что я живу не свою жизнь, а жизнь по чужим ожиданиям — отсюда я до сих не совершил полный каминг-аут перед всеми, так как я очень боюсь за последствия. Переезд в другую страну совпал с мобилизацией — я не собирался жить столько времени в другом месте, я собирался навестить на тот момент своего партнера, который уже жил здесь, и вернуться, но обстоятельства сложились иначе.

После переезда появились новые знакомства, я оказался в компании классных ребят, и потом поймал себя на мысли, что только спустя полгода увидел город, в котором живу, ощутил его. Как будто до этого я жил с пеленой на глазах. Мне стало получше. Несколько раз ходил на свидания, но понимал, что время не пришло погружаться в новые отношения и я хотел просто легкости. Порой было тяжело, так как бывший партнер периодически мог начать выносить мне мозг и винить меня во всех смертных грехах, от чего порой я уже даже не отрицал, что я ужасный человек.

t.me/parniplus
[adrotate group="1"]

Потом начал ощущать со стороны моей компании некое отсутствие интереса ко мне. И, честно, до сих пор порой такое испытываю — зачастую я всегда остаюсь где-то позади, про меня редко вспоминают, хотя я старался довольно много для них, всегда хотел помочь, если вдруг что случится и просто интересовался, как у кого дела. После очередного приступа апатии, когда я практически не выползал из дома на протяжении нескольких недель. Тогда осознал, что это все равно мой выбор, как на такие вещи реагировать и понял, что в принципе могу завести новые знакомства, если захочу этого, буду открыт и не буду переживать за то, что кому-то не понравлюсь. Свидания с людьми не приносили в итоге ничего, от чего я в целом не расстраивался, так как привык к тому, что многим людям свойственно очень много говорить, но не делать, или даже лгать, после чего я просто прерывал связь.

Главной проблемой оставалось на протяжении всего этого периода — тоска по дому, тем людям, неизвестность — мне до сих пор тяжело понять, чего я хочу на самом деле. И как я хочу построить свою жизнь — так, чтобы не потакать чужим указаниям и правилам. По сути, в Армению я переехал в какой-то степени и под натиском партнера, так как на протяжении полугода он не давал мне покоя и говорил, чтобы я срочно приехал к нему, по сути, чтобы заглушить его одиночество, хотя он прекрасно знал, что у меня были дела, которые я не мог просто оставить, так как на мне лежала большая ответственность.

Благодаря психологу и коучу я до сих пор борюсь с чувством тоски, с вечной тревогой, хоть ее стало меньше, что меня очень радует, и, конечно, с одиночеством — несмотря на то, что было много душевных болей, было много слез, апатии, истерик, этот год был относительно ярким на моменты — ко мне приезжали некоторые друзья, с ними я ездил по стране, запечатлевал красоты этой страны. И в целом, весь этот опыт я хочу принять с благодарностью. Потому что после этого года я действительно стал сильнее. Появилось хоть небольшое, но понимание, что делать дальше и что я хочу попробовать еще.

Саша, 25 лет, гей, США

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

 

Мысли об эмиграции в другую страну появились, когда в России все чаще начал сталкиваться с не принятием своей ориентации, а дискриминация и гомофобия набирали свои обороты не только со стороны окружения, но и со стороны государства.

Сейчас уже год мы живем с мужем в Нью-Йорке. Да-да, уже с мужем, а не просто парнем. Этот город, эта страна – невероятно принимающая среда. По опыту могу сказать, что эмиграция – не что-то волшебное, а упорная работа и сложный путь, который подсвечивает многое: проблемы в отношениях с близкими, смелость и решимость, силу человеческой адаптации и выдержку нервной системы.

Но есть и много положительных моментов, которые помогали и помогают нам держаться на плаву, перевешивая все сложности. До сих пор, одним из самых запоминающихся и волнующих событий, которое произошло со мной в эмиграции, было участие в Марше гордости в Нью-Йорке. Когда идешь в колонне, ощущаешь себя частью огромного сообщества, чувствуешь, что ты не один. Ты наполняешься энергией и уверенностью в своем выборе настолько сильно, что сложно описать словами. Кажется, что весь мир без капли сомнения готов принять тебя именно таким, какой ты есть. Очень многие люди поддерживают участников прайда, даже будучи гетеросексуалами. Запомнилась одна милая семья: мама, папа и двое детей. У них был плакат «Мы примем своего сына, даже если он натурал».

Рома, 34 года, гей, Испания

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

Мы с парнем уехали из России 3 марта. У нас на руках были билеты в Грецию на 9-е: там я мечтал отпраздновать свой 33 день рождения. Однако как только курьер привез паспорта с визами, мы купили новые билеты и улетели раньше. Тогда активно обсуждали закрытие границ для всех мужчин, и мы решили не испытывать судьбу. 

Наш путь лежал через Стамбул и Афины, а его конечной точкой стала Севилья. В какой-то момент я поймал себя на ощущении полной безопасности. Мы в далекой Севилье, подали документы на беженство, смогли снять комнатку на улице с апельсиновыми деревьями, а работаю я каждый день в саду местной библиотеки. Так шли недели и месяцы. Саундтреком к ним был вопрос в моей голове: «Почему я здесь?«. Я понимал, почему не в Питере. Но почему именно здесь, в городе, где родную речь можно услышать пару раз в месяц? Я был совсем потерян. 

Одним зимним вечером надел свой старый свитер, купил бутылочку сидра и отправился гулять по набережной. Ноги привели меня в пустынный парк на окраине города. Я бывал в нем раньше и каждый раз меня поражал местный монумент своей не уместностью. В саду среди аккуратных кустиков и деревьев стояла половинка «Киндер-сюрприза» высотой с пятнадцатиэтажный дом. Скорлупка яйца была сплетена из парусов и корабельных канатов. А внутри стоял Христофор Колумб невероятных размеров. Яйцо Колумба — иначе этот памятник никто и не называет.

Я сел на лавку, отхлебнул сидра и впервые загуглил историю монумента. Его установили в 1992 году в честь пятисотлетия с момента отплытия Колумба от берегов Испании. Яйцо городу подарил автор проекта, скульптор Зураб Церетели. Статуя Колумба стала прототипом памятнику Петра I в Москве, которым я вынужденно любовался несколько раз в неделю в течение лет восьми.

Тут же принялся снимать телеграм-кружочки всем российским друзьям на фоне Колумба, сыпать шутками и вспоминать наши лучшие вечера в Москве и Петербурге. В этот момент мне стало невероятно тепло. Может от выпитого сидра, может любимый старый свитер сделал свое дело. А может от того, что нового друга в самом южном регионе Европы я нашел в лице огромного бронзового уродца Церетели. Спасибо Зурабу за щедрый дар Севилье и мне.

Илья, 24 года, гей, Армения

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

В эмиграции я нашел новые части себя, которых я никогда раньше не встречал. Осознал себя не только как гея, но и как квир-персону. Мне было страшно, мне было больно, мне было одиноко. Но пройдя через это, я действительно понял как любить себя по-настоящему, как принимать себя, ценить себя.

Мне помогли мои друзья, старые и новые. Квир-сообщество в Армении действительно уникальное. Эти люди выросли в консервативной отвергающей парадигме, мне это знакомо, но они сияют ярче, чем можно было себе представить! Открыть для себя то, что в такой маленькой традиционной стране есть такие потрясающие и принимающие люди было чем-то невероятным. И за это я очень благодарен Армении.

Мне было сложно не только из-за внутренних изменений. Несмотря на то, что все геи, лесбиянки, бисексуалы, трансгендерные люди, и другие квир-персоны Армении — моя семья, я вижу через что они проходят каждый день, я чувствую их боль. В августе в Ереване была убита трансгендерная девушка Адриана. И это далеко не первый случай. Обычно, убийцы или насильники не несут наказания за свои зверства. Очень надеюсь, что в этот раз такого не произойдет. Когда мои друзья пришли на церемонию прощания с Адрианой, их закидали камнями. Полиция не вмешивалась.

Несмотря на то, что эти люди делают все, чтобы быть свободными, общество не оставляет попыток поставить их в рамки «понятного» для большинства. Они используют все известные им методы: поджоги, убийства, насилие, метание камней, оскорбления. Традиции борьбы с нашим сообществом имеют долгую историю и совсем не изменились со временем.

Мы прошли огромный путь. Не важно где, в России, Украине, Армении, в любой другой стране или городе. И какой огромный путь нам еще предстоит пройти как сообществу, прежде чем нам не придется бояться за свою безопасность и безопасность своих близких. Но я смотрю на тех друзей, которых нашел здесь, которые более квирные, чем любой человек, которого я встречал до этого, и верю, что вместе мы сможем сделать что угодно, чтобы отстоять свое право быть видимыми и быть собой без страха и сожалений.

Сергей, 36 лет, гей, США

Истории ЛГБТ-людей в эмиграции

Мое главное впечатление и что я, наверное, запомню надолго — это первый в моей жизни ЛГБТ-прайд. Случилось это спустя 7 месяцев после эмиграции, к этому моменту я уже привык, что нас с мужем воспринимают как семью, что быть геем — норма. Что можно кому угодно сказать о своей ориентации и всем на это «пофиг» в самом классном смысле слова. Но именно парад, когда я работал там волонтером, поразил меня. 

Я увидел целый город, украшенный радугой, различными знаками и словами поддержки ЛГБТ-сообщества. Люди, которые приходили посмотреть парад не все являлись геями или лесбиянками, именно это меня тронуло. Я никогда не встречал в России людей, которые поддерживали, условно, не свою социальную группу. Что уж говорить о гетеро, которые, как мне кажется, под угрозой пушечного выстрела не пойдут поддерживать геев. Я утрирую, у каждого из нас есть друг натурал, который нормально относится к геям, но смысл понятен. Люди шли все вместе маршем, улыбались и радовались, когда видели участников, кричали слова благодарности волонтерам. Меня это тронуло до слез. 

Наша группа волонтеров замыкала парад, мы шли после всех и видел людей, которые были счастливы поддержать ЛГБТ-сообщество в стремлении показать себя, заявить о себе. Я был частью этого желания сделать мир более толерантным.


Редактор интервью: Денис Богданов

Если вы тоже в эмиграции и сталкиваетесь в ней с трудностями — не молчите! Напишите нам, и мы поможем вам найти ресурсы, чтобы справиться: @parni_plus_bot

Истории ЛГБТ-людей о расставании в эмиграции

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube
БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ