Жизнь с ВИЧ

СПИД-центр – Дом Радости

СПИД-центр
СПИД-центр дом радости

Когда у меня впервые появилось подозрение на ВИЧ, перспектива встать на учет в СПИД-центр казалась мне настоящей катастрофой. Тогда я не знал, что положительный тест откроет мне двери в удивительный утопический мир заботы, равенства и добра.

Поначалу ходить в Центр СПИД на Обводном мне было неловко. Нет, не то слово. Я испытывал стыд всякий раз, когда выбраковывался из толпы возле ворот, ведущих к красному кирпичному Дому Скорби.  Я гадал, сколько людей знает, что это за место? Наверняка кто-то сдавал здесь анонимный тест на ВИЧ и теперь с непроизвольной дрожью проскальзывает мимо, подмечая «свернувших»…

Внутри Центра стыд меня покидал. Стоило подняться на второй этаж – и всякая потребность мысленно объясняться перед кем бы то ни было, исчезала. Здесь были  только люди с ВИЧ и врачи, у которых друг от друга не должно быть тайн и прошлого, за которое надо отчитываться. А мне, как человеку, которому недавно поставили диагноз и насчитали в крови меньше двухсот т-хелперов, СПИД-центр и вовсе казался единственным безопасным местом на земле. И даже больше. Этот красный дом перевернул мои представления об истончающейся материи гуманизма в мире, объятом бесконечными распрями и войнами; мире, который будто уверовал, что цинизм для него – единственная терапия спасения.

Наверное, малое кто задумывается, что представляет собой СПИД-центр изнутри. Наверняка он рисуется людям чем-то вроде хосписа, откуда больных ежедневно штабелями вывозят на кладбище. Здесь и правда, скорее всего мало кому удается отделаться от мыслей о смерти. Она – внутри человека, она витает вокруг него, и потому в Центре вы чаще встретите слезы,  нежели увидите улыбку на лице. Поэтому  первейшим принципом я избрал всегда приходить к врачу в хорошем настроении. Поздороваться с гардеробщицей и дамой в регистратуре. По возможности, перекинуться парой шуток с людьми в очереди.  Все свои тревоги я оставляю за закрытой дверью лечащего врача и психолога, а у окружающих меня людей переживаний и так достаточно.

Но СПИД-центр – это не хоспис. Это одно из самых прекрасных и живительных мест, которые мне только доводилось видеть. Все те замечательные воззвания ООН о «нуле дискриминации» – они здесь, в Центре, где все в борьбе за жизнь равны. Я был потрясен тем одинаковым расположением врачей и к людям, которых считают сливками общества, и к потребителям наркотиков, бездомным, секс-работницам, представителям гей-сообщества, всем тем, кто оказался из-за ВИЧ «на обочине». Здесь даже очереди иные, нежели в муниципальной поликлинике. Люди вежливы и терпеливы. Чтобы кто-то устроил скандал или пролез не в свой черед по эгоистическим побуждениям – исключено.

Я помню, как мы сидели с мамой, ожидая приема инфекциониста. Она по привычке была напряжена, и когда подошла медсестра с обессиленной девушкой, чтобы пройти без очереди, мама попыталась по привычке возмутиться такой несправедливости. «Ты понимаешь, что возможно этой девочке гораздо хуже, чем мне?» – попытался  объяснить я маме. Это к терапевту люди ломятся, чтобы им быстрее выписали пастилки от кашля. Тут, в СПИД-центре, есть и такие, у кого дни на счету, если вовремя не предпринять меры. Уже позже мама призналась, что была неправа. В беседе медсестры и девочки, выяснилось, что у нее коинфекция гепатита С и в тот момент девочка была на грани.

Что может дать СПИД-центр

Современный человек  в нашем благополучном времени лишь через мемуары и документальные фильмы понимает, что такое солидарность перед лицом смерти. Что такое блокада? Что есть война? Концлагерь?  Человек восхищается мужеством и добротой тех, кто оказался в чрезвычайной, угрожающей ситуации. Через дневники Тани Савичевой и Анны Франк он учит своих детей состраданию как далекому, потенциально опасному навыку, который однажды потребуется по не всегда справедливому замыслу жизни.

А сострадание – это ведь, на самом деле, естественно. Оно дремлет до той поры, пока не потребуется его целительная сила. СПИД-центр – это то место, что сострадание пробуждает. Не знаю, мог бы я рассчитывать на эту внутреннюю, преображающую меня революцию, не столкнувшись лицом к лицу с ВИЧ. Виктор Франкл писал, что счастье – это когда худшее обошло стороной. Спустя пару недель я поборол стыд, поняв, что СПИД-центр – скорее уж Дом Радости, где меня  ждут, чтобы сделать подарок, ценнее которого и не придумать – долгую, наполненную здоровьем и смыслом жизнь.

Автор: Левий

parniplus.com

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Отправить ответ

avatar
1000
wpDiscuz