«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Тбилиси

О жизни в Грузии, воздухе свободы, стыде за Россию и судьбе ЛГБТ на родине, — гей-активист Александр Хоц ответил на наши вопросы.

Ты уехал из России 7 июня и уже три месяца живешь в Тбилиси. Какие впечатления у тебя от Грузии и от себя самого в этих обстоятельствах? 

Грузия прекрасна и Тбилиси очаровательный город. Сегодня провёл день на «Тбилисском море», среди ветра, камней и волн, пронизанных солнцем. С горами на горизонте. Это фантастическое место. Не говоря уже о грузинских парнях. )  

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

А в августе проехал по Военно-Грузинской дороге (спасибо друзьям за экскурсию), мы поднялись к Жинвальскому водохранилищу, добрались до Крестового перевала, к горно-лыжному Гудаури с канатной дорогой и к источникам Нарзана.

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Изнурённые нарзаном, свернули в сторону Трусо, прекрасного ущелья с голубым минеральным озером и красными ручьями (коралловый цвет дна – минеральная особенность ущелья).

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

На узкой тропинке над кручей приятно было увидеть нарисованный на камне бело-сине-белый флажок Свободной России.

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Тряска по горным дорогам была не из лёгких. То и дело звучали вздохи весёлого ужаса, когда колёса джипа скакали по камням в метре от пропасти, – и никакого ограждения. Кто-то из членов нашей группы пожалел, что не захватил памперсы. В общем, было много весёлых моментов и прекрасных пейзажей. Голубые и зелёные горы с бегущими по ним солнечными пятнами, прекрасны. Ну, и высшей точкой путешествия была Троицкая церковь 14 века, парящая на круче, в облаках, над посёлком Степанцминда – где-то внизу, далеко в долине. Мы стояли на уровне низких туч, вершина Казбека терялась во мгле и над головой медленно парили три орла, нарезая круги в тумане.. Живые декорации для «Мцыри». 

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Горы производят впечатление. Они дают не туристический, а экзистенциальный опыт. Природа напоминает, что она – мастер гигантских форм, а мы — скромные свидетели этого мега-процесса. Мне стала понятнее и гигантомания Церетели. К ней бы ещё немного таланта… Его «Арка дружбы» в горах Казбеги — редкий пример безвкусицы, особенно на фоне природных красот.  Слава богу, горы сами по себе монументальны и «монументами» их не испортишь. 

— Ты приехал в Тбилиси из Москвы? 

Да. В Москве я жил у друга целый месяц (огромное спасибо ему за бесценную помощь). Пересечение границы воспринималось с облегчением. Накануне было много разговоров о досмотре гаджетов фсб-шниками, но они не оправдались. (Дескать, вас попросят показать Телеграм и Фейсбук). Но сердитая тётка в форме, из своего стеклянного скворечника потребовала снять бейсболку, сравнила меня с фото и отправила на волю. Вот и всё. «Прощай, немытая Россия..» (как писал известный «русофоб»).

Жизнь в Москве была довольно нервной. Я не пользовался картами сбербанка в том районе, где я жил. Мне достали несколько безымянных симок, чтобы не светить место проживания. И я убил немало времени, восстанавливая доступ к мейлу и Фейсбуку, не имея под руками конфискованного смартфона.. 

Но было и много хорошего. Я хорошо повеселился, когда лепил из куска белой глины (а потом раскрашивал акрилом) монументальный барельеф «Хуй войне» – с путиным и хуем (соответственно).

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Мой экспонат для музея «Закат путинизма».

Сразу скажем, «хуй» мне удался лучше бледной моли, да и удовольствия от лепки я получил намного больше. Наконец, спасибо френду за ночную и любовную романтику.. Того, с кем ты последний раз целуешься на родине, запоминаешь навсегда. )) 

— Очень романтично.., последний секс на родине. А как насчёт первого в Грузии?

Не скажу. Но я работаю над этим.. ))

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

— Что тебя удивило тут в первую очередь?

Тбилиси прекрасен. Здесь везде украинские флаги – на домах, балконах, офисах, и просто на дверях в Старом городе («We stand with Ukraine»). Я тоже повесил сине-жёлтый значок на рюкзак (в России он считался бы одиночным пикетом). И хожу с ним, чтобы как-то компенсировать неловкость за русскую речь. 

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Мне реально стыдно говорить по-русски, потому что «Россия бомбит Украину» — это всем известно. Не понимаю, как друзьям удается делать вид, что они не имеют к этому никакого отношения. Я так не могу. Даже покупая хлеб в магазине, я помню, что говорю на языке военных преступников. Мне хочется хоть как-то дать понять, что я не являюсь частью «русского мира». Но украинский значок на рюкзаке – это слабая отмазка за бессилие российской оппозиции.

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Когда я вижу на стене слоган «Путин хуйло», «Смерть оккупантам» и «Слава Украине», – то мой советский интернационализм, вбитый в голову в школе, даёт осечку. Его похерил Путин. Зато правота Тараса Шевченко, наоборот, становится понятнее.. («Кайдани порвіте / І вражою злою кров’ю / Волю окропіте»). Злая кровь врага – условие свободы. Но выбор крови предложила нам не Украина. 

Время парадоксов: агрессивный, казалось бы, призыв к «крови» – это главное условие мира (победа Украины), а лицемерный запрет на слово «война» – это пропаганда и обоснование вторжения. Поэтому когда я вижу на стене граффити «смерть оккупантам», то вспоминаю сводки из Херсона, где сейчас живет (точнее, выживает) мой друг по Фейсбуку — и присоединяюсь к пожеланиям. Когда-то то же самое писали на стенах жители Праги.. И отважная восьмерка людей, которые вышли на Красную площадь, была с ними солидарна. Имперское проклятие повторяется веками… Но не бывает войн без взаимной ненависти. Моя задача – выбрать одну из сторон. Вот и всё. На одной  – ненависть защитника родины, а на другой – ненависть убийцы, мародёра, оккупанта. Невозможно жить на нейтральной полосе, гуляя между окопами.

Путин совершил невероятное: он расчеловечил наши отношения на сто лет вперёд. Когда я читаю УНIАН, где смачно упомянуты «ваньки», «орки» и «русня», – я с удивлением понимаю, что у меня нет ни одного морального аргумента против лексики военного времени. 

Сегодня время «святой злобы», как формулировал Блок, и я прекрасно понимаю украинцев. Не они всё это развязали. Говорить о том, что «смерть оккупантам» – это «фу-фу, как некультурно» – просто пошло.

— То есть, свобода стоит того, чтобы не только  умереть за неё, но и пройти через годы «святой злобы»?

Разумеется. Россияне никогда не платили кровью за свободу (кроме, возможно, погибших парней в 91-ом). Именно поэтому мы так легко отдали Путину подаренную сверху свободную жизнь. Парадокс, но поздний СССР был свободней и гуманнее путинской РФ. Никто не сажал за сравнение Сталина с Гитлером.. Мы получили свободу на халяву и проебали её самым бездарным образом (не могу подобрать других слов). Потому что не платили кровью, как украинцы на Майдане. Но теперь у Украины свободу не отнять.

Пересекая границу в Верхнем Ларсе, ты почти физически ощущаешь перемену, когда понимаешь, что находишься в свободной стране. Что не надо шарахаться от полиции, потому что полицейские – друзья, а не враги. Любой полицейский участок в Тбилиси – это офис с прозрачными окнами, никаких российских решёток и бойниц, чтобы отстреливаться от собственного народа.    

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

— А как тебе Тбилиси? 

Тбилиси обаятельный и разный. Здесь Европа перемешана с архаикой, европейская молодежь рядом с бородатыми носителями традиций. И если не брать погромов на гей-прайде, то они как-то уживаются. Очень много восточных туристов, женщин в платках и никабах, которые тусуются возле отелей. И при них, конечно, парни в шортах, с голыми ногами (как будто их голые ноги не могут быть таким же сексуальным объектом для окружающих, как и женское тело). Но архаичные культуры не берут геев в расчёт, их словно не существует. Поэтому мужчины готовы обнажаться, загорать, маячить волосатыми ногами, а дамы парятся в мешках и занавешены с ног до головы.

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

В Тбилиси две ветки метро, и по пассажирам замечаешь эту смесь цивилизаций. На Liberty Square (Площади Свободы) много европейской молодёжи. На Руставели видишь множество туристов. А на Самгори, где я обосновался, торговый люд с баулами и сумками. Большинство мужчин бородаты или небриты. Чтобы слиться с местным колоритом, я тоже бриться перестал (что выросло, то выросло). Приятель пошутил: «Ты всё больше похож на грузина» — и это для меня хороший комплимент.

Множество палаток, магазинчиков, развалов, – словно я вернулся в Москву 90-х и помолодел на 20 лет. Возможно, неопрятно (кое-где), но зато живо и свободно. Сразу замечаешь, что люди не запуганы, они у себя дома. И это ощущение свободного дыхания – удивительная вещь, от которой напрочь отвыкаешь в России. 

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Все стены – в граффити, среди которых есть очень артистичные, произведения искусства. Но меня больше радовали эти: «Putin’s house» (на мусорном баке), «Слава Украине!» или «Путин – хуйло» (огромными красными буквами в переходе). Возможно, это хаос, но он живой и нестерильный, как и сама жизнь.. 

Это тоже – часть свободы: писать на стенах, городить тележки с овощами у метро, громко разговаривать на гортанном языке, играть и петь на улице, собирая свои лари. Вчера мужчина пел в метро, прямо на платформе, под грохот поездов, и это никого не удивляло. Дети с кружками для лари бегают в вагонах, иногда вопят свои кричалки, требовательно глядя на пассажиров, и не выглядят запуганными. В Тбилиси вообще подавать на улице – привычно. Просящих много, много музыкантов, – и это тоже часть той свободы, которая разлита в воздухе. Чем-то мне напоминает Арбат в годы Перестройки.

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Центр Тбилиси – ожидаемо музейный: весь в маленьких скульптурах, цветах и фонтанах. Как гей, я замечаю, что много красивых и стройных парней с буйными шевелюрами. И не меньше грузных, лысых, загорелых, основательных мужчин с большими животами. Когда одни из них превращаются в других – не понимаю. ))  

— Ты быстро адаптировался? 

С моим «талантом» интроверта это сложно. Незнакомая среда поначалу напрягает. Тебе непросто выйти в магазин, спросить дорогу, не то что «поболтать» на рынке с продавцом или купить домашнего грузинского вина (очень вкусное красное вино, и никто не требует лицензий). Чтобы как-то привыкнуть к среде, я отправился в знакомые места – в любимый «Макдональдс» и «SPAR». Такие игры восприятия.. Знакомый интерьер, как будто сейчас выйдешь где-нибудь в России, в пяти минутах от дома. «Макдак» — моя кротовая нора между двумя странами. Вообще, ностальгия – затратная вещь. «Макчикен» здесь дороже, он стоит почти 9 лари (180 рублей). Но это не слишком большая цена, чтобы «вернуться домой». Зато соус в «бургере» здесь точно острее. 

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Как и впечатления от города… В магазинчике «2 Набиджи» (Два шага) на Руставели, где я покупаю кексы с изюмом, к которым привык дома, я засмотрелся на парня за кассой. Волосы волной падали на лицо, оно тонуло в этом водопаде – и он картинно их откидывал рукой. Он был просто восхитителен. Разинув рот (метафорически, конечно), я протянул ему сто лари, – сдачи не было и он отправился в подсобку, чтобы разменять. Пока на улице я приходил в себя от впечатлений, я заметил странную купюру в 20 лари, которая отличалась от известной мне бумажки. Мятая и ветхая, со странным дизайном. Первое, что мне пришло в голову: я влип на сувенирные деньги (с туристами это бывает). «Идиот, – подумал я, – надо было меньше пялиться на парня и лучше следить за руками». Уровень тревожности в незнакомом месте может испортить вам настроение… Но знакомый меня успокоил: это просто купюра старого образца. И вера в красивых грузинских парней была восстановлена. Продолжаю «пялиться». Играю в папарацци — оторваться просто невозможно. ))

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

— А ты пробовал поближе познакомиться? Grindr тебе в помощь.. 

Это всё в процессе. Во всяком случае, я знаю, что место для круизинга в Тбилиси – парковая зона возле цирка.. Ну, и парочка контактов на примете. Только я боюсь, что в сексе здесь царит такой же беспорядок…

С первых шагов в Тбилиси вас поражает хаос на дорогах. Водители сигналят, обгоняют, бьют по тормозам.. Иногда мне кажется, что зебра на булыжной мостовой  – чистая условность. Переходя дорогу на зеленый, надо глядеть в оба. Пешеходы отвечают тем же самым: бегут на красный свет, преходят улицу вдоль и поперёк, и авто обычно притормаживают перед наглецами. Очень быстро начинаешь делать то же самое, сливаясь с местным колоритом..

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

У грузин особое чувство границ: они не жмутся (по примеру россиян) в компактные стада, а вальяжно управляются с отпущенным пространством, разбрасывая руки, например, по спинкам сидений в метро. Это немного театр, обозначающий границы собственного «эго». 

Вот две дамы в чёрных платьях, уперевши руки в бок и увлеченные беседой, стоят посередине тротуара и толпа их обтекает, как Кура торчащий камень. Вот парень встал в дверях и углубился в телефон на выходе из метро. По Руставели ты идёшь, натыкаясь на прохожих, которые, по-моему, не слышали о правостороннем движении. Им достаточно желания идти там, где им удобно. Кривизна тбилисских улиц – добавляет хаоса движению. 

Никаких прямых – только ломаные линии горизонта и произвольное течение потоков.. Если прибавить собак, живописно лежащих на каждом углу и пробегающих в толпе, то картинка «хаоса» будет полной. 

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Вот, к примеру, юная дама в подтяжках несколько станций держалась за поручни (справа и слева), в виде звезды, – и её мотало взад-вперёд при каждом толчке вагона. Она ехала «плашмя», и это тоже была сцена для маленькой роли. Её мини-выход к зрителю. Громкий голос и размашистые жесты – это образ личного пространства, который характерен для грузин. В пёстрой толчее вас догоняют крики торговок, сидящих у стен со своими корзинами. Крики – тоже жест. Здесь всё окликает друг друга и склонно к общению. 

Я часто вижу здесь парней, которые идут полуобнявшись. И даже поцелуй при встрече – не экзотика. Рука одного парня вальяжно лежит на плечах у другого. Они идут по Руставели. Или кто-то держит друга за затылок, о чём-то балагуря сквозь грохот колёс в метро. И этот жест доверия и близости – тоже из особенностей личного пространства, которому ты хозяин. Именно ты, а не общество и государство. Возможно, это действие грузинского вина, но демонстрация родства и дружелюбной близости – обычные вещи.

То, что казалось тебе хаосом, это «плата» за свободу: граффити, громкая речь, хождение в обнимку и бельё на фасадах домов. Тбилиси – это город, живущий нормальной жизнью. Потому что быть свободным, громким, даже театральным – это норма. И попробуй отними у грузин это право. 

[adrotate group="1"]

— То есть, разница с Россией чувствуется кожей? 

Да, конечно. Это воздух 90-х – в хорошем смысле слова. На одном балконе в моём доме висит украинский флаг. Никакого разрешения не нужно. А в центре, в переулочках Тбилиси, на фасадах сушится бельё. А в спальных районах, в блочных домах, на фасадах – полный атас: торчат надстройки, козырьки, печные трубы, неформатные рамы.. Собянин сошёл бы с ума. То же самое в подземных переходах – километры мелких лавочек. Но эта «воронья слободка» не кажется уродливой, потому что в Тбилиси есть ощущение дома. Ты можешь вывесить белье на Руставели, потому что двор и улица, и город – это дом. И ты его хозяин, а не пленник.

Я помню, в Минске, где я был 13 лет назад (и который был стерильно чист), меня поразила тётка с ведром, которая металась по огромному газону перед «дворцом президента» и собирала одинокие листочки. Это был наглядный образ авторитаризма – с его бесчеловечной чистотой. Тбилиси – не стерилен, и этим он прекрасен. Хотя, конечно, пляжи не мешало бы почистить: окурков многовато..

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Тула, Февраль 2022

 — Как ты попал в Тбилиси? Почему решил уехать? 

28 марта меня задержали возле дома. Апрель я провёл в спецприемнике, а на следующий день после выхода был назначен новый суд по административной статье. Это уже четвертое судилище – после обвинений в «дискредитации» российской армии, демонстрации «экстремистской символики» Навального, и «сопротивления законным требованиям полиции» (никаких законных требований, разумеется, не было, а был полный произвол и сломанная рука). 

Статью в повестке в суд не указали, но повод мог быть любым: от наклейки «нет войне», которую нашли у меня в рюкзаке, до «оскорбления президента», о котором я писал чуть не каждый день. Доставай любую запись из Фейсбука и шей очередную «административку» или «уголовку» (к которой всё и шло).

Я не собирался закрывать свои посты, тереть их и что-то менять в оценках. Убеждения – это то немногое, ради чего стоит оставаться собой в любых условиях. В отличие от тульских э-шников, я парень советской закалки и прекрасно помню, каким массовым маразмом обернулся конформизм советского типа. Когда одной рукой вам затыкают рот, то другой обязательно лезут в карман, – как было в нищем СССР. Путин не придумал ничего нового. Имперские хотелки за счет нищего населения. 

Я прошёл через стадию страха и назад в совок не собираюсь. Кто бы его ни строил: мерзавец нквд-шник, который арестовывал моего деда в 1937 году, – или тульский э-шник Завлумов, который лгал в протоколе о «законном порядке» моего задержания (мол, они представились, показали удостоверение, объяснили причину задержания, а я «повёл себя неадекватно» и оказал сопротивление).

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Москва, май 2022

Не сомневаюсь, что мелкий жулик, «подполковник» по фамилии Завлумов А.А. из тульского «цпэ» ответит за фальсификацию документов, лжесвидетельство в суде, досмотр моих вещей без понятых, сломанную руку и антиконституционную деятельность  в целом. Впрочем, система других и не держит.. Так что его ждёт, как минимум, люстрация (о чём я его честно предупредил). 

Когда мы расставались в спецприемнике, я сказал, что мы ещё увидимся. Я сидел в таком «стакане» из решёток, два на два метра, где арестант раздевается догола и просовывает вещи для проверки. И пока я ждал начала этой процедуры во время оформления ареста на вторые 15 сток, ко мне в клетку забежал знакомый котик. Подняв хвост, он тёрся о ногу. Мы успели подружиться за время первой отсидки. Пока я его гладил, Завлумов шел на выход. И я пообещал: «Мы ещё увидимся».

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

«Эшник — позор России». Тбилиси, май 2022

— Это тот, который тебе руку сломал?

Да. Кстати, интересный психологический типаж. «Ботаник» с подслеповатыми глазками за толстыми стеклами, который свои комплексы «ботаника» решает, прислонясь к репрессивной машине. «Подполковник» мне напоминал крысу в очках, которая сидит за монитором и компенсирует бесцветность собственной натуры. Но эти крысы режима (даже с высшим образованием) не понимают, что ломают систему, а не спасают её. 

По сути, Завлумов – это версия путина из подворотни, затюканного мальчика, которого шпана сильно обижала во дворе. «Ботаник» получил бразды правления от такой же крысы покрупнее, и система пошла вразнос. Потому что невозможно на комплексах неполноценности (личных и имперских) строить будущее.  Я очень постараюсь, чтобы фамилия Завлумова не затерялась на просторах новой России, да и на Западе. Если, конечно, его не пошлют на фронт за развал работы своего отдела и он не сдохнет на войне, которую сам разжигал. Топил за войну, братан? Собирай манатки – и на фронт. Кормить украинских червей. Но пока, я думаю, «патриот» Завлумов притих в тылу со справкой от окулиста..

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Тбилиси, 2022

— Судя по накалу твоего ответа, вся эта история тебя ещё не отпустила?

Конечно. Но возмездие – это не личный вопрос. Это условие выживания новой России (если такая появится). Без Нюрнберга невозможна прекрасная Германия будущего. Поэтому дело не в мести, а в том, чтобы каждый преступник ответил за личные мерзости. Только это гарантирует возвращение России к нормальности.  Гозман арестован за то, что сравнил Сталина с Гитлером… Сегодня уровень маразма – запредельный. Эта шобла из «охранки» вся должна сидеть, – поимённо, целой корпорацией. И пусть не пи*дят, что они «выполняли приказы».

Надо понимать одну простую вещь: либо новая Россия сажает тысячи полицаев, судей и гос-преступников на шконку, либо они сажают Россию на нары. Вот и всё. Это не вопрос мести, а проблема выживания. Я ничего не забываю, потому что помню СССР. Один раз общество простило кадровых чекистов. До сих пор не можем расхлебать… Возвращение совка обернулось кровью.  Путинским элитным проституткам, тульским судьям и охранке (Рыбиной, Матвеевой, Ковальчук, Завлумову, Бояркину) сейчас кажется, что они хозяева жизни, но так будет не всегда. 

Полицейщина всегда кончается распадом, но у полицейской корпорации нет мозгов, чтобы это понять.. Именно «охранка», а не я – занята подрывной, антиконституционной деятельностью, лишая людей базовых прав. Рано или поздно эта гопота развалит страну до конца. Желаю им дожить до Нюрнберга.. 

«Мы будем равными людьми только на руинах российской империи»

Тула, май 2022. Одна из последних моих фотографий в России.

— Ты как Эдмон Дантес хочешь жить идеей мести?  Но это очень затратная жизненная стратегия.

Я уже сказал, что дело не в мести, – хотя не откажусь увидеть своих судей на скамье подсудимых. И открою бутылку шампанского. Но с началом войны дело сильно упростилось. Мне не нужно беспокоиться об участи конкретного мерзавца и строить козни в духе Монте-Кристо. За меня всё сделает история, её карательный отряд. Количество зла, которое произвела путинская Россия, просто задушит эту страну. 

— Всё ближе советская 121 статья. Как ты думаешь, примут тотальный «закон о гей-пропаганде», чтобы загнать миллионы людей в подполье?

Когда в ментовке оформляли мои протоколы, опер по фамилии Бояркин (маленький, небритый с толстыми ляжками) бегал по комнате и причитал, что он бы «вернул уголовную статью для гомосеков». Больше всего его заводило, что мы «хотим устроить гей-парады». «Вы хотите бегать и пиписьками трясти?» – восклицал Бояркин и для наглядности тряс маленькой ладошкой возле гульфика.. 

Такой вот детский сад.. Хотелось сказать бедолаге: «Сколько тебе лет-то, дорогуша? У парней бывают «члены». В крайнем случае, «хуи». Если в твоем возрасте у тебя «пиписька», то я тебе сочувствую».  Впрочем, это характерно. В СССР же «секса не было». И натуралы из «совка» до сих пор живут с детскими «пиписьками» в мозгах под присмотром «мудрых воспитателей». Между тем, отличие двух слов – в функционале. «Членом» ты распоряжаешься, как взрослый человек, по собственному выбору. А детские словечки — это способ запихнуть вас в детский сад, зафиксировать вашу инфантильность. Почему с таким упорством подростки пишут любимое слово на стенах? Потому что это бунт против навязанного «детства» и контроля. Но у фанатов контроля ничего не выйдет, сколько ни вводи статей за «пропаганду» или «мужеложство».

— Думаешь, режим пойдет на принятие статьи о «пропаганде» этой осенью?

Запросто. В панике от собственных провалов они пойдут на что угодно. Время у режима утекает между пальцев. Но работать она не будет. Для такой статьи не хватит ресурсов полицейского аппарата. Старички-геронтократы будут показательно хватать кого-то за ноги, чтобы утащить общество в могилу, где никакого секса нет. Но у старичков не хватит сил.

К сожалению, это моя страна. Мне стыдно за неё даже в Грузии. Не только потому, что я плачу налоги и в кармане лежит паспорт с уродом на обложке. Я здесь вырос, это среда моего обитания, это моё детство и язык, то, во что я верил и что любил. Это та среда, которая меня воспитала. Я сам – часть этой среды и русской культуры. И мне стыдно за страну, потому что я считаю себя русским и геем — в равной степени. Я не собираюсь делать вид, что «меня тут не стояло»..

То, что мне открылось об имперской подоплёке той страны, которую я знал (как мне казалось), не делает меня менее русским. Если ваша мать алкоголичка и воровка, то это не повод делать вид, что вы ей не родня. «Но я же не ворую, какие ко мне претензии?», – это слабый аргумент. Вы должны пройти через семейные позор и унижение, потому что вы – семья. Это зона вашей ответственности.

Ты хочешь сказать, что и ты виноват?

Да, я так считаю, и так чувствую. Кровавый ад, устроенный Россией в Украине, и на моей совести. Потому что либеральное сообщество не смогло задушить зверя в зародыше.. Даже если вы не голосовали за путина, не надо делать вид, что вы «ждёте трамвая». Вы 20 лет здесь жили – и этого достаточно.

Говорить, что мы не отвечаем за появление «рашизма» – просто пошло. Его не смогли задавить на Болотной, а вместо этого махали шариками в загонах для «мирных блеяний», довольные своей креативностью. Я уже молчу про СПС (Путина в кремль, Кириенко в думу). Неужели нам не стыдно за бесхребетность оппозиции? Я никогда не голосовал за Путина и СПС, но мне стыдно за свое «яблочное» прошлое. Системное позорище, в котором я участвовал. 

А когда в 2009 году начались первые стычки с полицией на Стратегии-31 и на повестке дня встал вопрос о праве оппозиции на ответное насилие, чтобы защитить конституцию, было уже поздно пить Боржоми. К тому же, без пассионарности «лимоновцев» (на тот момент анти-системщиков) никаких бы драк и не было. Уроки из провала «русского Майдана» никто из либералов не извлёк. 

Ну да, «не виноватая я, он сам пришёл..» 

Популярная позиция либерального сообщества. А Кириенко с Кудриным, Чубайсом и На**уллиной (прости господи) откуда взялись? Сейчас либералы хотят, чтобы россияне катались по Шенгену, как будто их страна не бомбит Европу, убивая женщин и детей. Володин говорит, что русские туристы тратят миллионы на шмотки и курорты.. Но либеральная общественность грудью встала за «руссо туристо». Это прямо чистый Достоевский: «Чтобы миру провалиться, а мне чтобы чай пить!»

— Боррель говорит, что запрет «оттолкнет россиян» от европейских ценностей и поможет консолидации режима.

Интересно, в каком месте он увидел у русских туристов «ценности»? А бомбёжки Берлина в 1944 году тоже работали на консолидацию немцев вокруг Гитлера? Может, лучше было завлекать электорат фюрера примерами успешной демократии, а не бомбить кварталы Берлина (чтобы не «отталкивать немцев от демократии»)? Денацификация – болезненная вещь. Но без слома имперских амбиций российского большинства невозможно никого денацифицировать.  

Запрет на туризм – правильный способ отделить «хороших русских» от путинского быдла, к чему и призывала оппозиция. А когда им предложили рабочий механизм, оппозиция со спикером Володиным запели в унисон. Но надо понимать: пока ваша страна бомбит города, всякий туризм аморален. Если вам нужно спасаться, то езжайте в Грузию и просите гуманитарные визы. Для этого они и существуют. Запрет туризма – лучший способ запереть «элиту» в резервации, где они поураганили. Французы отступали в 1812 году по старой Смоленской дороге. Запрет туризма должен стать для нашей «знати» такой же Смоленской дорогой — нищей и разграбленной.

Кажется, оппозиция начинает понимать правоту Зеленского. Гудков-старший (и не только)  предлагает создавать структуры оппозиции в Европе для помощи в программах релокации тем, кто в них, действительно, нуждается. Это здравая идея — отделять овец от козлищ. 

— Сейчас тебе ответят, что ты «вовремя сбежал»..

Не понимаю. Кто мешает… Лёше Сергееву, к примеру, приехать в солнечный Тбилиси? Сходили бы на море. Сейчас там обалденная вода: голубая, теплая, пронизанная солнцем.. И виноград висит неподалёку. Правда, пляжи каменистые, зато полная свобода и огромное количество красавцев на проспекте Руставели )). Если я «сбежал», то кто мешает сделать то же самое? 

Я против, чтобы судьи-проститутки или жёны долбоёбов из «цпэ» тратили зарплаты на курортах, набираясь сил для новых подвигов. Все эти «говны в мантиях» должны сидеть в судах без европейского загара. Они и так коричневого цвета – говоря метафорически… 

— Кстати, «говны в мантиях» продолжают сажать за сравнение Сталина с Гитлером.

Как и Гозман, я считаю, что Россию ждёт судьба третьего рейха (в той или иной версии разгрома). Они исторически очень похожи. Две тоталитарные системы, два бесноватых «собирателя земель», два террориста-оккупанта, объявивших крестовый поход на Свободный мир – и общий имперский финал.. Кстати, моя статья на Каспаров.ru «Судьба двух империй» была одним из пунктов обвинения. (Как будто судья Рыбина что-то смыслит в истории). А история глядит на этих тёток – и над ними потешается..  

Когда-то внуки спросят судью Рыбину (конечно, по-английски): «Бабушка, а зачем ты сажала людей за мнения о будущем России? Может, потому она и развалилась?» И старенькая Рыбина (шамкая зубами) прошипит: «Детощка, я мало их шажала. Надо было к штенке штавить.. Была штрана, необъятная моя Рощщия, была штрана, где в шудах встречала я рашшвет…» (И заплачет, конечно).. «Fucking grandma…» (ебанутая бабка) – скажут внуки и отправятся в Москву на Европейский гей-парад… Именно этим всё и закончится. ))

Но сегодня надо понимать: нельзя прощать имперских зомбаков, они всегда готовы вылезти из ямы.

— Ты хотел писать об этом дальше, понимая, что снаряды падают всё ближе?

Я не собирался молчать в тряпочку, так что «уголовка» была делом времени. С сокамерниками мы шутили, что мне оставят место в камере, потому что, сто процентов, я сюда вернусь после нового суда. Новый приговор (27 апреля), как и ожидалось, оказался обвинительным и касался «унижения» Путина в качестве «государственного символа». Судья не поскупился (по наводке тульского э-стапо) и впаял мне штраф в 90 тысяч рублей. Могу гордиться – это больше, чем у Яшина и Шевчука. Но с другой стороны, максимальная сумма по этой статье – 100 тысяч. Так что, слабо я «унизил» кремлёвского ушлёпка. Видимо, плохо старался..

Так называемый судья Ковальчук Л.Н. отработал политический заказ на полную катушку. Судьи ходят под «охранкой» и напоминают проституток по вызову. Но в данном случае, суд не мог меня арестовать (я не явился в их шалман), так что пришлось «оттянуться» деньгами. Но если бы я не уехал, то мотал бы новый срок, — никаких сомнений. 

Вешать на меня ещё 15 суток «охранке» было «влом»: маяться в засадах у подъезда (как они делали в марте) – хлопотное дело. Зачем им этот геморрой? Проще протирать очки и брюки (как Завлумов), таращась в монитор.

Но поскольку в Туле витрины никто не бьёт и покрышки (к сожалению) не жжёт, а Москва требует отчётности по новым статьям об «экстремистах – пацифистах», то вся силовая шобла стройными рядами таращится в компьютеры, чтобы оправдать поганую работу. Надо хоть кого-то замести, до кого дотянется рука. Так простые блогеры, имеющие меньше 2 тысяч френдов (я о себе) попадают в «экстремисты». Как шутили в камере про «мониторных крыс» из «цпэ», «они дотрахались до блогеров». И правда, для бывалых сидельцев в наколках, щуплый автор из Фейсбука в роли «экстремиста» был экзотическим фруктом. («Он экстремист? Они там ё*нулись совсем?»). Охранникам, по-моему, тоже было неловко.

— Ты сразу решил уехать? Как это было? 

Нет, я был настолько наивен, что не собирался уезжать, а был готов к «борьбе в судах» и голодовкам (сейчас это звучит диковато), хотя и понимал, что всё может закончится зоной. «Почему я должен ехать? Это моя страна, пусть отсюда валят те, кто устроил этот трэш», – примерно так я формулировал. Но ощущение моей страны со временем менялось. На глазах она переставала быть моей. Это как если бы вы узнали, что ваша  мать служила в СС… 

— Фильм «Чтец» на эту тему. Только там любовница – нацистка.

«Семья вурдалаков» Толстого.. Ты живёшь в самой обычной семье, пока не замечаешь, что они кровавые маньяки и чужая кровь приводит их в экстаз. При этом продолжаешь понимать, что они – твоя родня. Лучший выход – уйти из дома. В фильме Долдри «Чтец» любовь (память о любви) меняет личность военной преступницы, возвращая ей чувство вины. И она суёт голову в петлю. Но я не верю в покаяние империй и их самоубийство. Третий рейх принудили раскаяться. И нам без принуждения никак. Внутренних ресурсов для победы над Zлом у России нет.. 

Фашистские режимы не преобразуются в демократии, опираясь на внутреннюю политическую жизнь. Даже «совок» развалился под внешним давлением. Без Холодной войны он гнил бы и дальше. Поэтому победа коллективного Запада – это единственный способ вернуть россиян к нормальности. 

— Итак, ты собирался идти в суд после месяца за решёткой? 

На выходе из «Белых Столбов» меня ждали два симпатичных лица – адвокат и экс-бойфренд. Френд носил мне передачи, много чая и сахара (в камере они были нарасхват) и вообще поддерживал морально по телефону, который он купил и передал. Телефон нам выдавали во время прогулок в клетках, на 15 минут. Мой смартфон, изъятый без понятых, лежал у э-шников в вещдоках. Три месяца спустя, мне пришла бумажка из суда, что я могу его забрать. Но надо быть кретином, чтобы сунуться в Россию и явиться в суд за каким-то гаджетом. Пусть подавятся, уроды. ))

В общем, встретили меня у проходной и предложили «быстро увезти» из-за вероятности третьего ареста. Мы посидели в кафешке. Пока адвокат снимала пачку моих протоколов, мне «прочистили мозги» и объяснили, что я «вернулся в другую страну» после месяца отсидки. Что Кара-Мурза сидит по уголовной статье за «дискредитацию армии», после нескольких административных дел. «И это ваш случай, не сомневайтесь», – сказала адвокат.  

На решение и сборы оставалась одна ночь. Нужно было уложиться до шести утра, чтобы не столкнуться с полицаями у дома. Непросто выбрать книги, записи, тетради, которые нужны для работы. И какой работы? – надо было решить на годы вперёд. Выбор тем, которыми я думал заниматься, диктовал и выбор книг. Ещё нужно было место для рисунков, графики, семейных фотографий… Стопка поэтических тетрадок, без которых я себя не представляю.

Это было очень тяжело. Я пытался втиснуть в сумку на колёсах собственную жизнь, потому что понимал, что, возможно, уезжаю навсегда. Что-то я забыл, оставил второпях и сейчас жалею. Но кусочки жизни, как мозаика, всё-таки уехали со мной и лежат в Тбилиси, в виде стопки книг, тетрадок и черновиков. Они  напоминают мне о том, что я – тот же самый человек, каким и был в России. 

Но дело даже не в прощании с прошлым. Гнусность в том, что вас лишают будущего: среды, библиотеки, записей, закладок, ваших мыслей на полях любимых книг, заметок на листках, заложенных между страниц. По сути, вас лишают права на профессию. Кто такой филолог без своей библиотеки? Айтишник без компьютера..

Но что-то режим не сможет забрать. План книги о Добычине по-прежнему в работе. Это поучительный сюжет о том, как общество кухарок и чекистов рыло котлован (Платоновского типа), расправляясь с яркими людьми своей эпохи. У гея-Добычина, автора «Города Эн», не было ни шанса на успех, о котором он мечтал. Что он чувствовал, входя в черную, холодную невскую воду – после «проработок», травли и обвинений в «физиологизме»? Но реки – это ещё и метафора времени. «Совок» загнулся, а Добычин снова издаётся. Его едкая ирония в восприятии эпохи оказалась пророческой.

В 1934 году режим ввёл уголовку за «преступную» любовь, сведя в могилу Кузмина и толкнув Добычина к роковому решению (он погиб в 1935-ом). В этом есть огромная нелепость, словно тонкие и  мыслящие люди не понимали, что они выше своей эпохи. Но человек, даже верящий в свою правоту, — ранимое существо. «Было нищее величье и задерганная честь» – как писал Тарковский. Не все выдерживают злобный прессинг времени. «Задерганная честь» иногда сильнее интеллекта и таланта.

Маленькая книжка Леонида Добычина всегда со мной (он всего-то  написал пару сборников рассказов и роман о гомосексуальном подростке). Но удивительное дело: его подростки живы и празднуют свои прайды в Европе, а огромная страна, ставшая концлагерем в борьбе с природой человека, захлебнулась в Лете. (Может, не совсем и захлебнулась, но уже пускает пузыри). КГБ, ГУЛАГ, 121-я статья, гомофобия, война с инакомыслием, политический террор.. – Чем всё это кончилось? Катастрофой и распадом. Жизнь всегда отомстит мертвечине. Как мы помним из русской классики, попытки Угрюм-Бурчеева прекратить течение реки свели его в могилу. 

— Каким ты всё-таки видишь своё будущее? 

Идеальный вариант – возвращение в Россию. Новую, свободную, конечно. Возможно, с новой географией и новыми границами, но без имперской отравы в крови. Хватит этой крови, – на российском триколоре ей тоже не место. Но для этого моё сообщество должно приложить усилия, став частью сопротивления. Не надо питать иллюзий, что с гомофобией можно бороться привычным активизмом в годы войны и в границах империи. Это всё равно, что бороться в рейхе с антисемитизмом. 

Только полный снос режима вернёт ЛГБТ шансы достучаться до общества. Тогда вернётся эффективный активизм. А пока этого общества нет — «стучаться» просто не к кому. Молчаливые «стада», пасущиеся под завывание телевизора, обществом не являются. Не стоит разговаривать со стенкой. 

Десять лет назад много ЛГБТ-активистов пришли в движение Навального, – не только из-за европейских взглядов его команды (Леонид Волков, например, давно объяснил, почему штабы поддерживают право на прайд). Но и потому, что движение Навального выводило людей на улицы и представляло наибольшую угрозу «стабильности» режима. Это был последний опыт уличной политики. Не зря их объявили «экстремистами», словно вручили орден..

Я верю, что судьба ЛГБТ-активизма в умирающей империи кровно связана со сносом путинизма. Если мы хотим жить в европейском, гуманном обществе, то не обойтись без «депутинизации» и «денацификации» кремля (включая снос кремлёвской гомофобии). Геи будут равными людьми только в европейской стране, на руинах «российской империи».

— А личные планы?

Мало быть свободным, надо ещё понимать для чего. Это я и пытаюсь понять в Грузии, думая о дальнейшем маршруте. Но это депрессивный и мучительный процесс. В лучшем случае, ты выбираешь страну, откуда вернёшься домой через несколько лет, а в худшем – то место, где тебя похоронят. Выбор этого маршрута – это такой же интим, как и секс. Чтобы оттолкнуться от стартовой линии и куда-то побежать, нужно видеть цель….

Я мог бы ощущать себя «своим» там, где есть гей-среда, а не новое подполье, которое знакомо по России. Быть «своим» – большая роскошь, которой ты лишён на родине (да и в Грузии, пожалуй), но всё равно продолжаешь искать это место, несмотря на визовые сложности и туманные перспективы. 

Я прекрасно понимаю, что моя родина – страна, куда я не могу вернуться. Но есть и вторая родина, метафорический гей-ленд, где я тоже «свой», ощущая родственную связь. Но до этой родины ещё надо дотянуться. Иногда хотелось бы помечтать о прайде, который не закончится российским автозаком или уличным побоищем, как в Грузии. Счастливых прайдов-карнавалов я ещё не видел, хотя с трудом могу себя представить частью этой весёлой мистерии. Но вот порадоваться празднику и рядом постоять всё-таки хотелось бы. В Тбилиси не получится, хотя, конечно, это дело времени. 

Что касается главного ресурса, то есть, времени, я буду счастлив, если сделаю две вещи: допишу работу о поэтике Добычина (надо всё-таки вернуть долги любимой филологии). Ну и если помашу радужным флажком на европейском гей-параде, тоже буду счастлив. 

Депрессивность ситуации в том, что я не знаю, где я мог бы это сделать. Программы релокации существуют для спасения людей из путинской дыры (это совершенно справедливо). Какие варианты? Беженство без визы? Грузия forever? Может быть, и так. Но я пока не вижу, где конец моей истории..

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube
БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ