Дискриминация

О лексической капитуляции

пидр

Должно ли гей-сообщество «нормализовать» гомофобные клички, кто такой «счастливый пидорас» и зачем гею «звучать гордо», — рассуждает в колонке Александр Хоц.

Каждый российский гей рано или поздно имеет дело с агрессией: «Пидор, что ли..?» «Печи по вам, пидорасам, плачут..» (Варианты вербальной ненависти – банальная часть нашего быта). Ответной стратегии две: возвращение грязного словечка его автору. Или отработанный юмор: «Пидор, да, и чё? Это приглашение?»..  Впрочем, дело в том, что оба варианта не снимают проблемы агрессии. Ваш юмор не сделает гопника терпимее к вам, а конфликт вовсе не будет исчерпан. Желание подыграть гомофобу – в его туповатой ненависти – может казаться вам удачным приёмом, способом избежать конфликта и проблемы. Но это, скорее, иллюзия.

Попытка заигрывать с лексикой ненависти путём её «нормализации» самой  жертвой – опасный путь. Особенно если из уличных, бытовых практик этот способ переходит в область активистских стратегий..

Недавно беларусский ЛГБТ-активист Андрей Завалей «порадовал» сообщество «манифестом» на тему: «пидор — это звучит гордо» (что-то в этом роде). Теперь и в России откликнулись статьёй «Счастливый пидорас«, где гей-активист рефлексирует на тему ненависти, предлагая её игнорировать, «перестать себя стыдиться» и быть «счастливым” – в ответ на ненависть. (Почему-то идентичность, которой надо «не стыдиться», связана для автора не с самоощущением гея, а с кличкой из уст гомофоба. Путь к принятию себя почему-то пролегает через грязный взгляд агрессора. Чем не стокгольмский синдром?)

О лексической капитуляции

У репрессированных групп есть две стратегии выживания и социальной адаптации: использование демократических механизмов для продвижения равенства (путь гордости и отстаивания личного достоинства), — и путь выживания в полицейских режимах, в условиях травли и запретов, — через механизмы психологической защиты, когда невозможность повлиять на лексику ненависти ведёт к её «присвоению» жертвой.  Так сказать, путь затравленных.. («Тебя травмируют клички, ты не можешь изменить ситуацию травли? Так гордись гомофобной кликухой, вынося чужую ненависть на собственные знамёна»).

Читайте также:   Вина выжившего как коллективная травма ЛГБТ-сообществ и нарративный фетишизм

Россия в годы репрессий (о расправах в Чечне напоминать излишне) бодрым маршем догоняет (обгоняет) Беларусь — с полным набором запретов. Поэтому «нормализация» лексики ненависти самими активистами, на мой взгляд, — тревожный знак. То, что выглядело “естественным” в Беларуси, начинает выглядеть «нормальным» и в России.

Психологически это понятно: жертва устаёт от социальной травли, принимая гомофобные словечки в качестве «новой нормы». Но умиротворение ненависти — не решает ни одной из проблем уязвимой группы. А лишь тиражирует новые.  Вам кажется, что именуя себя на языке врага, вы избегаете дальнейшего насилия? Но это иллюзия. Согласие с кличкой — лишь распаляет аппетиты гомофоба, ксенофоба и расиста. Вслед за согласием быть «пидорасом» — вам придётся сечь себя и дальше – входя в роль унтер-офицерской вдовы. Отказ от «красных линий» в общении с агрессором будет бить по вам же.

Невозможно представить себе еврея в третьем рейхе с предложением (с плакатом) быть «счастливым жидом». (Пишу без отточий, чтобы дать читателю возможность оценить прямоту слога в «манифесте» Завалея). Ещё меньше я могу представить себе Мартина Лютера Кинга с транспарантом «Я счастливый чернозадый» — во главе колонны марша на Вашингтон. Так устроено человеческое достоинство: оно не бывает компромиссным: либо оно есть, либо его нет. Нормализуя лексику ненависти, принимая её в свой языковой обиход, вы не решаете проблему языкового насилия, а создаёте новые, провоцируя насильника на новые атаки.

Я вовсе не ханжа: «внутренний» юмор групп может работать с обсценной лексикой; чернокожие шутят о «нигерах» и «чёрных задах», геи не избегают кличек в анекдотах, — но это право самой группы «юморить» во внутреннем обиходе. Но если вы выносите слово «пидор» в идейный «манифест», — то это акт капитуляции перед политикой ненависти к вашей группе.

Читайте также:   Австралийский футболист Джош Кавалло совершил каминг-аут

Если гей-сообщество не способно противостоять языку гопников даже на уровне лексики, «умиротворяя» гомофоба принятием его картины мира, — то что уж говорить о поведении?

Выходя на российские ЛГБТ-акции с 2006 года, активисты, прежде всего, отстаивали право на человеческое достоинство, а вовсе не право носить кликухи. Им бы и в голову не пришло выходить на улицы в роли «счастливых пидорасов», — поскольку у Московского гей-прайда (например) были иные задачи — в области прав и достоинства, а не языковой капитуляции.

[adrotate group="1"]

Навязывая клички в качестве «нормы», — такой подход не объединяет, а раскалывают сообщество в сложные времена. (Возможно, решая при этом задачи личной адаптации к агрессии, — но не решая проблем социальной группы). Мне пришлось удалить из друзей беларусского френда, слишком активно забивавшему мою ленту словечками из своего «манифеста». Мне и без того достаточно в обществе этого сорта ненависти — чтобы тащить её в дом, принимая грязь за чистоту. У меня есть поводы гордиться чем-то иным, кроме клички и «стокгольмского синдрома».

Уверен, что огромное число евреев, геев, чернокожих — не готовы с гордостью носить имена «жидов», «пидарасов» и «нигеров» (даже «счастливых») ради иллюзии, что в соглашательстве — решение проблемы. Стоит ли превращать агрессию в «водевиль», «не замечать» её, хохмить и ёрничать, избегая прямого взгляда на вещи? В то время как ненависть — остаётся частью вашей жизни, как бы виртуозно вы ни уворачивались, — принимая плевки за воздушные поцелуи..

Именно поэтому моду на принятие лексики ненависти я считаю тупиковым сюжетом для активизма. Чем раньше она будет изжита, тем здоровее будет наше самоощущение.

Читайте также:   Подростка в Петербурге зверски избили из-за серёжки в ухе

Наверное, идея вождей «Единой России» вынести кличку «партии жуликов и воров» на свои голубые знамёна — вызвала бы в обществе такой же приступ хохота. (Впрочем, каждому — своё).

Кроме того, что делать с долгими попытами активистов требовать от прессы адекватного языка? Чтобы не тянуть в печать «совковый» понятийный аппарат вроде «гомосексуализма» (со «шлейфом» диагноза, предпочитая нейтральные: «гомосексуальность» и «гомосексуалы»). На фоне терпимости самого гей-сообщества к грязной лексике — эти требования к прессе выглядят нелепым фанфаронством. «Научитесь, друзья, уважать себя сами,  — ответят вам в СМИ, — а потом уж требуйте от нас». И будут правы..

Советы быть «счастливым пидорасом» — в агрессивной и гомофобной стране — выглядят абсурдно. Уж точно, этот стиль не для меня. По старинке я предпочитаю называть вещи своими именами: оскорбление — оскорблением, пощёчину — пощёчиной, кликуху — кликухой, ненависть — ненавистью. «Замечая», а не «игнорируя» пощёчины.

Ощущение реальности (какой бы тяжёлой она ни была) — залог её изменения в будущем. А путь капитуляции и сдачи позиций — в жизни, в лексике и в общении, — тупиковый путь..

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

[adrotate group="5"]

Не пропусти самые интересные статьи «Парни ПЛЮС» – подпишись на наши страницы в соцсетях!

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Twitter | Помочь финансово
Яндекс.ДЗЕН | Youtube
БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ

Из этой же рубрики