Здоровье

Доконтактная профилактика ВИЧ: интервью с участником клинических испытаний

42310846258

Меня злит тот факт, что число новых случаев ВИЧ-инфекции во Франции не только не уменьшилось, оно выросло. Несмотря на всю информацию в рекламе, плакатах, брошюрах и так далее… их можно найти в любом гей-баре, несмотря на все программы и акции

Препарат, который уже одобрен для лечения ВИЧ-инфекции, может быть в ближайшее время одобрен для профилактики среди людей с высоким риском ВИЧ. Этот подход называется доконтактная профилактика или ДКТ. Своими личными мыслями по поводу этого метода делится французский ВИЧ-активист, Том Крейг, который принимает участие в клинических испытаниях ДКТ среди геев – исследовании Ipergay.

 

Почему вы захотели участвовать в исследовании?

 

Потому что я зол. Меня злит тот факт, что число новых случаев ВИЧ-инфекции во Франции не только не уменьшилось, оно выросло. Несмотря на всю информацию в рекламе, плакатах, брошюрах и так далее… их можно найти в любом гей-баре, несмотря на все программы и акции. Прошло тридцать лет, а я считаю, что в 2012 все становится только хуже.

 

Я принял это решение не только для себя. Я и другие участники испытаний, с которыми я знаком, делаем это ради других, в первую очередь ради нашего гей-сообщества. Мы действительно должны что-то сделать. Дело срочное. Во Франции каждый пятый гей в Париже ВИЧ-положительный, и пятая часть пидоров не знает, что они положительные, потому что они не тестировались. В год регистрируется 7000 новых инфекций. На гей-сообщество в 2011, например, пришлось 3500 случаев. Это почти десять пидоров в день. Хуже того, эти цифры растут каждый год, так что «стандартных мер» недостаточно.

 

Как вы узнали об исследовании Ipergay?

 

Я был активистом против СПИДа в течение 24 лет. Я отслеживал все новости об эпидемии в СМИ. Я нашел информацию об этом исследовании на Facebook, на странице YAGG (французский информационный веб-сайт для ЛГБТ). Когда я увидел объявление, то я сказал себе, что это то, что мне нужно. Я одним из первых подписал протокол. Но это не простое решение. Мне пришлось многое обдумать. Исследование связано со своими противоречиями. Я хотел изучить всю информацию, прежде чем подписываться. Так что я снова вступил в ассоциацию Act Up Париж, из которой я ушел 5-6 лет назад.

 

Частично противоречия связаны с тем, что в исследовании существует группа плацебо. Другими словами, некоторые участники принимают настоящий антиретровирусный препарат, а некоторые не принимают его. Мы не знаем, кто именно что принимает. Я поговорил об этом с профессором Молиной, и меня успокоил тот факт, что заранее было решено – если во время первых тестирований на ВИЧ будет зафиксировано слишком много новых случаев инфекции, то данные проанализирует комитет независимых экспертов, и они, если необходимо, прекратят исследование. Участие в исследование не накладывает на нас никаких обязательств. Мы можем уйти в любой момент, не давая объяснений.

 

Другой аспект, который не может не беспокоить, это цена исследования и цена препарата в исследовании. Некоторые активисты задаются вопросом – не лучше ли инвестировать деньги в программы профилактики, которые поощряют использование презервативов? И остается вопрос: что случится после исследования? Как оно будет представлено широкой публике? Кто будет за это платить? Например, сейчас, когда я прихожу в больницу для ежемесячного обследования, мне помогают пять медицинских работников и двое сотрудников некоммерческой организации. Визиты в больницу занимают примерно 2 часа, большую часть занимают разговоры. Это не обычный визит к врачу, с которым ты проводишь пять минут, получаешь рецепт и уходишь с пожеланием «выздоравливайте!» Сейчас нет такого полноценного подхода к обследованию пациентов. Так где же взять финансирование медицинских клиник, которые будут тестировать на ВИЧ и консультировать пациентов, особенно ЛГБТ и секс-работников, где будет доступ к медицинскому уходу без осуждения, как в Центре 190, Инфо-киоске СПИДа или Ассоциации СПИДа? Для этого лечения потребуется очень хорошая инфраструктура. Это не просто глотание таблеток. В исследовании, например, была «фокус-группа», где участники обсуждали свой опыт и так далее. Так что это еще и место, где можно говорить о профилактике ВИЧ, не опасаясь осуждения (только для нас).

 

На что вы рассчитываете для себя, для ваших партнеров и гей-сообщества?

 

Я надеюсь, что мы сможем найти еще один инструмент для предотвращения СПИДа. Потому что нынешняя профилактика работает не так уж хорошо. Я знаю, что делаю я, и что делают другие. Я говорил с множеством людей (моими партнерами, друзьями, другими активистами…) Проблема Презерватива всегда всплывает в разговоре. Это не потому, что мы мало знаем, или не пользуемся презервативами. Однако проблема существует, и тому есть несколько причин. И мы должны ее обсуждать, чтобы найти решение. Антиретровирусные препараты – это тоже не панацея для предотвращения СПИДа. И мы не знаем, куда нас заведет это исследование, но в одном можно быть уверенным – мы на правильном пути, по крайней мере, я на это надеюсь!

 

 

 

www.demotix.com

Перевод www.parniplus.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Отправить ответ

avatar
1000
Владимир Z
Гость

Интересная информация. Но меня больше беспокоит другое, в этой статье, опять же, показывается безответственность нашего сообщества перед самим собой! Для кого мы проводим профилактические программы??? Как так получается, что количество случаев инфицирования только растет, среди геев. Делая анализ профилактических программ, проводимых в странах Европы, начинаешь понимать, что они не для всех работают. Почему программы снижения вреда, для потребителей инъекционных наркотиков работают более или менее успешно, а программы профилактики для МСМ, на фоне программ снижения вреда, почти не работают?

wpDiscuz