ЛГБТ-семья

Любовь в дискордантных парах: Геи о жизни с постоянными партнерами

Любовь и ВИЧ-дискордантность: Геи о жизни с постоянными партнерами

Слова Фрэнка говорят о том, как по мере углубления привязанности между ним и его партнером использование презервативов становилось все больше необязательным, правила нарушались все чаще. Эти изменения подчеркиваются тем, какие Фрэнк выбирал слова – обыденные, домашние

В проведенном исследовании участвовали 16 ВИЧ-положительных и 3 ВИЧ-отрицательных мужчин, живущих в Шотландии. Целью работы было исследовать, как геи, состоящие в отношениях в которых один партнер ВИЧ положительный другой ВИЧ отрицательный, решают вопросы профилактики ВИЧ. Далее приводятся выдержки из публикации.

 

Любовь и секс

 

Как и ожидалось от исследования постоянных серодискордантных отношений, стало ясно, что эмоциональные аспекты отношений ассоциируются с сексуальными актами без использования презерватива. Некоторые из участников исследования говорили о том, как по мере развития отношений практики безопасного секса ослабевали. Вот что рассказал Фрэнк:

Мы поняли, что когда мы как следует устроились вместе, я стал очень спокойно относиться ко всему этому ВИЧ, и мне кажется, в какой-то момент, я решил, что это было бы уж не так и ужасно, ну, вы знаете, сегодня же есть лекарства, и смотрят на ВИЧ по-другому, и все такое. Уж если бы это случилось, то было и не так уж и плохо. Поэтому я решил, что не буду вести себя так: «Славно, будем делать все как положено, никаких общих зубных щеток, осторожно с бритвами!»… Я думал скорее : «Будем пользоваться бритвами как получится, а если порежешься, выброси ее или еще что-нибудь». Ну, должно было быть так. Но, конечно, этого не достаточно, мы ведь не всегда все видим в правильном свете? Понятия не имею, как много людей подхватывают вирус от бритвы, возможно, вообще никто [смеется], люди могут быть такими…, ну, вы знаете, все у них раздельно, и полотенца, и все остальное, и каждый раз презервативы, но я решил, что для наших отношений это ненормально… Я, похоже, привык к мысли, что в какой-то момент это просто случится, и мне кажется, что когда я начал так думать, то и презервативы вроде как стали не нужны. (Фрэнк, 30 лет)

Слова Фрэнка говорят о том, как по мере углубления привязанности между ним и его партнером использование презервативов становилось все больше необязательным, правила нарушались все чаще. Эти изменения подчеркиваются тем, какие Фрэнк выбирал слова – обыденные, домашние. Что важно для профилактики ВИЧ, само понятие риска и его последствий меняется по мере развития отношений, даже в этих открыто серодискордантных отношениях. Необходимость поддерживать практики безопасного секса тает, что можно объяснить растущим чувством защищенности в отношениях, даже перед фактом возможной передачи ВИЧ. Интервьюируемые мужчины также выделяли различные сексуальные контексты, вкладывая в них противоположные сексуальные значения, включая относящиеся напрямую к ВИЧ. В частности, случайный секс и секс в отношениях воспринимались как разные ситуации в плане риска ВИЧ. Случайный секс, по словам участников исследования, уже по самой своей «случайности» подразумевал необходимость избегать передачи ВИЧ при сексуальном контакте с «незнакомцами», а в отношениях соображения осторожности казались не такими важными:

Честно, я не помню, что случилось; думаю, что с партнером я расслабился, мы занимались сексом, и … Я знаю, что будь это кто-нибудь, кого я снял в баре, я бы использовал презерватив, но я не… я просто расслабился. Я слышал о людях, которые подцепили ВИЧ в отношениях, но об этом как-то не думаешь, другое дело кто-то новый, тогда, конечно, «ушки на макушке». В общем, мы это сделали, и помню, я думал потом, что это было глупо, но каким-то образом, раз уж мы это сделали один раз, уже не так волнуешься во второй или третий раз, и я думаю, что мы сделали это раза четыре, или пять. (Алекс, 34 года)

Рассказ Алекса подтверждает, что незнакомые люди взаимно ожидают безопасного секса. Но при повторяющейся близости с уже известным партнером вопросы безопасности теряют важность. Алекс говорил «мы это сделали», подчеркивая общую ответственность партнеров. Как мы уже упоминали ранее в других работах, стратегии безопасного секса редко рассматриваются партнерами как общая ответственность, они воспринимаются скорее как индивидуальные действия отдельных субъектов (Davis 2008; Flowers and Duncan 2002).

 

Позднее, и сам Алекс понял свою ошибку и попенял сам себе за то, что «расслабился». Он говорил, что «подвел сам себя»:

Но в отношениях я как-то позволил себе успокоиться, появилось то самое чувство ложной безопасности. Возможно, если ты об этом подумаешь, то поймешь, что безопасности-то и нет, но что-то заставляет тебя верить, что все в порядке. (Алекс, 34 года)

Ключевой момент рассуждений Алекса – то, как самоконтроль, подразумеваемый при профилактике ВИЧ, приобретает эмоциональные качества. Алекс признает, что выходит за рамки своего обычного самоконтроля. Он возлагает всю ответственность и все обвинения на самого себя, а такое поведение является эмоциональным аспектом профилактики ВИЧ, который часто игнорируют. Даусетт (Dowsett , 2009) указал, что профилактика ВИЧ заставляет геев подвергать сомнению самих себя. Результатом становится самобичевание из-за ослабления самоконтроля, необходимого для профилактики ВИЧ. Кроме того, рассказ Алекса говорит о том, что рациональность профилактики ВИЧ может толковаться по-разному. Алекс сказал, что если презервативы не использовались в одном случае, то можно было не пользоваться ими и дальше, а это не соотносится с ортодоксальным взглядом на профилактику ВИЧ.

 

Экстаз и обмен

 

Смешение любви и секса в отношениях иногда описывалось как экстатическая сексуальная близость. Секс без презервативов выступал символом именно такого развития отношений, а не просто упоминался в контексте все более глубокой интимной связи и возрастающего наслаждения. Секс без презерватива был связан с любовью и взаимностью.

 

Вот как Джек описывал сексуальный экстаз в его отношениях с партнером:

Заниматься с ним любовью было духовным или даже религиозным переживанием, выходящим за рамки простого телесного удовольствия. Я наслаждался всем телом, я действительно занимался именно любовью. Я любил его и чувствовал, что и он меня любит. Я знаю, что он любил, что он был влюблен в меня, если бы это не было взаимным, я бы так глубоко не чувствовал… когда мы занимались любовью, я не ощущал себя отдельным человеком, я скорее воспринимал нас двоих вместе, и это был другой уровень сознания, да, так. (Джек, 24)

Для Джека секс с партнером означал трансформацию и его самого, и их отношений, став катализатором соединения двух отдельных существ. Это согласуется с нашими словами об эмоциональных аспектах отношений, так как такая трансформация иногда была связана с отказом от презервативов, как например, сказал Ли:

 

Ли: Презервативы – классно для защиты, но они убивают… интимность, близость, да вообще все.

 

Интервьюер: Да, а почему вы так думаете?

 

Ли: Я думаю, когда вы занимаетесь с кем-то любовью, будь то мужчина или женщина… я думаю о близости, я считаю, самая глубокая близость – когда ваши телесные жидкости перемешиваются … я думаю, это просто фантастика. (Ли, 43 года)

 

В этом примере презервативы противопоставляются любви, что уже отмечалось в более ранних исследованиях (Adam et al.2000).

 

Однако интервьюируемые рассказали, что сексуальный экстаз, отмеченный отсутствием презервативов, означает больше, чем углубление интимности. Эти моменты также были связаны с предложением партнеру анального секса без презерватива. Например, Джек «отдавал» незащищенный секс:

 

Интервьюер: Почему такая перемена, переход от презервативов с отдушками для орального секса к незащищенному анальному сексу?

 

Джек: Действительно, странно, наверное, перемена произошла потому, что я глубоко любил того человека, да, именно поэтому. Я не ощущал, что мы занимаемся сексом, было чувство, что мы занимаемся любовью, казалось, мне не о чем беспокоиться… Да, так и было, никогда не было боли, он был самым, самым, самым чудесным любовником в моей жизни, это были самые прекрасные, самые полные сексуальные отношения, я не думал, что надо о чем-то волноваться… Думаю, я хотел порадовать его, дать ему что-нибудь, чего не дал бы никто другой. Я пытался показать ему, как много он для меня значил.

 

Интервьюер: Что вы давали ему, чтобы показать ваши чувства?

 

Джек: Я отдавал ему самого себя, то, что он хотел, тогда я об этом не думал, но я давал ему незащищенный секс со мной, а раньше такое мне и в голову не приходило … но раньше я и не встречал никого, кто хотел бы со мной незащищенный секс… (Джек, 24)

 

Из этих слов становится понятным, что секс без презервативов, помимо более глубокой близости, воспринимался как подарок, подношение сексуальному партнеру, становился символом любви к партнеру и приглашением ответить на подарок. Эти ожидания перекликаются с наблюдениями Маусса (Mauss’s (1990 [1950]) о поддержании социальных связей через обмен материальными и символическими дарами. В контексте любовного переживания, человек обменивает самого себя, свое «ВИЧ-отрицательное Я» на некий наивысший дар.

 

Серостатус и любовь

 

Как уже говорилось, развитие сексуальных отношений противоречит положению, на котором строится профилактика ВИЧ – что безопасный секс может просто бесконечно повторяться в некоем вырванном из контекста отношений пространстве. По словам участников исследования, поворотные моменты в отношениях отмечались более полной сексуальной близостью, иногда выражавшейся в анальном сексе без презерватива. Такие моменты воспринимались как полные экстаза и приводящие к трансформации отношений. Анальный секс без презерватива также рассматривался как дар партнеру, или предмет обмена, или символическое подношение самого себя для получения ответной любви.

 

Как показали интервью с участниками исследования, ВИЧ-статус связан со значением любви. Происходит не просто «расчет» того, как лучше соотнести ценность отношений с профилактикой ВИЧ, как говорилось в других работах. ВИЧ-отрицательный серостатус включен в эту «экономику обмена». Также становится понятным, как биомедицина, обозначенная ВИч-статусом, включается в любовные переживания.

 

Например, Джонатан говорит о сексе без презервативов как подарке, подразумевающем доверие:

 

Джонатан: У меня бывал незащищенный секс, когда я этого хотел, когда я хотел, чтобы мне что-то дали, а я дал что-то в ответ.

 

Интервьюер: Что именно?

 

Джонатан: Хмм, доверие, как ни странно…

 

Интервьюер: А что для вас значит доверие?

 

Джонатан: Доверие для меня значит, что мне скажут, если у партнера был сексуальный контакт с другим человеком, или что я верю, они не будут мной рисковать, и наоборот, ну как обычно бывает, когда люди друг друга любят. Доверие связано с честностью, а в отношениях честность подразумевает откровенность о том, что ты делаешь, думаешь, чувствуешь. (Джонатан, ВИЧ-отрицательный, 31 год).

 

Джонатан предполагает, что возможность незащищенного секса – проверка партнера. Если его действительно любят, указывает Джонатан, партнер никогда не навредит ему, в частности, предупредит, если его прошлое или ВИЧ-статус могут представлять для Джонатана опасность. С такой точки зрения, эмоциональные аспекты сексуального сближения и рациональные требования профилактики ВИЧ переплетаются. Мы можем даже сказать, что профилактика ВИЧ и любовь порождают друг друга. Профилактика ВИЧ предполагает рациональное использование знаний о самом себе и о партнерах, включая ВИЧ-статус. Однако Джонатан говорит, по сути, о том, что рациональные доводы о необходимости профилактики ВИЧ применяются в атмосфере любви и вследствие этого меняются. Здесь речь идет не о том, чтобы найти баланс между ценностью отношений и профилактикой ВИЧ, а об измерении глубины любовного чувства между партнерами с помощью понятий, связанных с профилактикой ВИЧ.

 

В следующем примере Сэм рассказывает, как он отрыл свой ВИЧ-статус партнеру, а тот предложил ему секс без презервативов, чтобы показать свою преданность:

«Я рискну, потому что знаешь, ты мне действительно нравишься». И все такое. Я думаю, ну что за хрень… Я хочу сказать, хорошо, что он мне не особенно понравился, не настолько, чтобы сказать: «Хорошо, я готов, давай так и сделаем». Хмм, я думаю, я бы соблазнился таким предложением, если бы я был им сильно увлечен, а он был бы готов… Знаете, я бы чувствовал себя виноватым, но я бы мог поддаться искушению… Вроде бы есть у них такое предположение, где-то очень глубоко в душе, что такие вещи связывают на всю жизнь, если они станут ВИЧ-положительными, что-то вроде: «Я готов сделать это для тебя». (Сэм, 45 лет)

Сэм отмечает, что будь он действительно «увлечен», ситуация была бы серьезным испытанием для правил о безопасном сексе. Как и другие участники исследований, Сэм воспринимает свои собственные эмоции и мысли как проблему, особенно, возможное поведение, будь он «увлечен». […]

 

Сэм также говорил о том, как некоторые мужчины думают, что скрепляют связь с партнером, предлагая себя инфекции. В таком свете ВИЧ-серостатус смешивается с развитием любовных отношений, отдача своего «ВИЧ-отрицательного Я» становится даром любви, подразумевающим ответные обязательства партнера. Но тогда перед нами встает вопрос: каким образом отказ от презервативов может вообще приобретать такую ценность? Мы думаем, что сам такой поступок важен, так как он означает отказ от того, что должно защищаться в соответствии с рациональностью профилактики ВИЧ. Как уже отмечалось, профилактика ВИЧ строится на системе прав и обязанностей, связанных с ВИЧ-положительным и ВИЧ-отрицательным серостатусами, и зависящей от социальной обстановки. Наше исследование предполагает, что в постоянных союзах мужчин в некоторых случаях отказ от презервативов означает не только более глубокую интимность и более острое удовольствие. Он служит для определения важности любви и связан с ценностью нормативного ВИЧ-отрицательного серостатуса. Об этом говорил, например, Фрэнк, описывая отношения с ВИЧ-положительным партнером, когда он сам был ВИЧ-отрицательным:

Я думаю это связано с тем, что у вас на руках все козыри, хотя, как я говорил, я не люблю такие слова, но знаете, это такое отношение: «Я вкладываю больше, чем ты когда-либо сможешь вложить». […] (Фрэнк, 30 лет)

ВИЧ-отрицательный мужчина воспринимается как вкладывающий в отношения больше ВИЧ-положительного партнера, но при этом он имеет больше прав в отношениях. […]

 

Рассказы участников исследования – яркие примеры того, как ВИЧ-статус может разыгрываться в сексуальной практике. В частности, считающийся нормативным ВИЧ-отрицательный серостатус используется для выражения силы любви одного партнера к другому. Кроме того, он автоматически переносит вину на ВИЧ-положительного партнера, даже в ситуациях, когда сам ВИЧ-отрицательный партнер выбрал незащищенный секс. (Cusick and Rhodes 2000). Но что важно в нашем исследовании, то, как использование нормативности ВИЧ-отрицательного статуса в профилактике ВИЧ придает дару незащищенного секса его особое значение.

 

Обсуждение

 

Проведенный нами анализ поставил перед нами скрытый до некоторых пор вопрос: каким образом понятия биомедицины могут играть такую важную роль в переживаниях любви для участников исследования, и что все это означает для профилактики ВИЧ? Мы рассмотрели, как участники исследования описывали их постоянные отношения в терминах двойственности ВИЧ-положительного и ВИЧ-отрицательного серостатуса. Они говорили о том, как биомедицинские понятия сливаются с чувством любви, а острые эмоциональные переживания влияют на восприятие реальности. Некоторые участники говорили, что сознательно рисковали получить ВИЧ, видя в этом проявление любви (Энди говорил, что его ВИЧ-отрицательный партнер сказал: «Я хочу показать тебе, как сильно я тебя люблю, я хочу трахнуть тебя без презерватива»). Происходит объединение эмоций, социальных связей и рассудка. ВИЧ-отрицательный серостатус приобретает особую ценность в серодискордантных отношениях (когда он был ВИЧ-отрицательным, Фрэнк, по его словам, сравнивал себя со своим ВИЧ-положительным партнером, говоря: «Я вкладываю в эти отношения нечто большее, чем можешь вложить ты»). ВИЧ-отрицательный мужчина показывает преданность и заручается обязательствами ВИЧ-положительного партнера.

 

[…]

 

Наш анализ говорит о том, что ставки значительно выше, чем просто обсуждение вопросов профилактики ВИЧ в отношениях. Любовь и рациональные требования профилактики ВИЧ могут взаимно определять друг друга, влиять друг на друга и даже зависеть друг от друга. Примерами могут служить серосортинг, соединяющий выбор сексуального партнера и ВИЧ-серостатус, barebacking, порнография для геев, которая преподносит в эротичном свете обмен спермой и, соответственно, возможность ВИЧ-инфекции. Мы подошли к понятию «странной био-сексуальности», в которой биомедицина становится частью сексуального опыта. Если уж такие выводы кажутся слишком причудливыми, по крайней мере они говорят о необходимости переосмыслить субъективность геев, то есть определяемое их личными взглядами отношение к ВИЧ, в нашу эпоху быстро развивающихся биомедицинских подходов к профилактике ВИЧ. Такой подход перекликается с выводами других исследователей о том, как живут геи после нескольких десятилетий существования ВИЧ (Dowsett 2009), и что дает биомедицина (Race 2009).

 

Мы также проиллюстрировали проблемы, связанные со значением ВИЧ-серостатуса. Как мы отмечали в начале работы, в некоторых социальных и сексуальных группах ВИЧ-отрицательный серостатус рассматривается как нормативный, а на основании такого предположения люди без ВИЧ могут считать, что те, у кого есть инфекция, и должны удерживать ее от передачи. Наш анализ показал, что на основании таких убеждений о нормативности геи могут рассматривать предлагаемый ими анальный секс без презерватива как подарок партнеру с ВИЧ, предполагающий ответные обязательства с его стороны. Но вся эта «экономика обмена» работает только потому, что профилактика ВИЧ поддерживает идею о нормативности ВИЧ-отрицательного серостатуса. Таким образом, по иронии, сама профилактика ВИЧ играет роль в укреплении сексуальных практик, при которых может происходить передача ВИЧ. Следует также понимать, что профилактика ВИЧ должна строиться на этических принципах, что позволит смягчить последствия определения отрицательного ВИЧ-серостатуса в качестве нормативного. Профилактика ВИЧ должна учитывать и то, какой именно ВИЧ-серостатус преобладает в той или иной социальной группе или в разных обстоятельствах.

 

Мы коснулись и темы самоконтроля и его значения в профилактике ВИЧ и в поддерживающих ее исследованиях. Для мужчин, дававших нам интервью, их собственные мысли и эмоции представляли проблему, иногда принимавшую форму самобичевания. Нам необходимо найти методы профилактики ВИЧ, которые избавят геев от самообвинений. При столкновении любви и требований профилактики ВИЧ все, что остается мужчинам, мрачно размышлять о роли того и другого в их собственных жизнях. Они попадают в ловушку противопоставления любви и рассудка.

 

[…] Более того, нам нужно понять и признать, что регулирование желаний и привязанностей геев созвучно с приданием гомосексуальности «биомедицинских качеств». Основанный на ВИЧ-статусе партнеров подход к любви – одно из проявлений такого «биомедицинского» восприятия жизни геев. С этой точки зрения нужны социальные исследования, рассматривающие гомосексуальную любовь вне контекста профилактики ВИЧ.

 

Кроме того, мы поняли, что профилактика ВИЧ сама по себе представляет проблему для геев в серодискордантных отношениях. Мы привлекли внимание к предположению о нормативности ВИЧ-отрицательного серостатуса, влияющему на любовные переживания геев. Более того, понимая, что профилактика ВИЧ порождает столкновения эмоций и рассудка, мы должны рассматривать и те взгляды и убеждения геев, которые не согласуются с принятыми в настоящее время подходами к профилактике ВИЧ. Необходимо полнее учитывать, как люди в серодискордантных отношениях отказываются думать об инфекции и осмеливаются любить друг друга в нарушение ортодоксальных правил профилактики ВИЧ.

 

Благодарность:

 

Мы благодарим HIV Scotland за финансирование этого исследования, Gay Men’s Health и Фонд Терренса Хигинса за помощь в подборе участников и проведении интервью, а также Стефани Черч за помощь в анализе данных. Мы глубоко признательны всем согласившимся принять участие в исследовании.

 

Библиография:

 

Adam, B., and A. Sears. 1994. Negotiating sexual relationships after testing HIV-positive. Medical Anthropology 16: 63–77.

 

Adam, B., A. Sears, and E. Schellenberg. 2000. Accounting for unsafe sex: Interviews with men who have sex with men. Journal of Sex Research 37, no. 1: 24–36.

 

Bird, S., and A. Brown. 2001. Criminalisation of HIV transmission: Implications for public health in Scotland. British Medical Journal 323: 1174–7.

 

Cusick, L., and T. Rhodes. 2000. Sustaining sexual safety in relationships: HIV-positive people and their sexual partners. Culture, Health and Sexuality 2, no. 4: 473–87.

 

Davidovich, U., J. de Wit, and W. Stroebe. 2004. Behavioral and cognitive barriers to safer sex between men in steady relationships: Implications for prevention strategies. AIDS Education and Prevention 16: 304–14.

 

Davis, M. 2008. The ‘loss of community’ and other problems for sexual citizenship in recent HIV prevention. Sociology of Health and Illness 30, no. 2: 182–96.

 

Dowsett, G. 2009. Dangerous desires and post-queer HIV prevention: Rethinking community, incitement and intervention. Social Theory & Health 7, no. 3: 218–40.

 

Doyal, L., and J. Anderson. 2005. ‘My fear is to fall in love again’: How HIV-positive African women survive in London. Social Science and Medicine 60: 1729–38.

 

Duncan, B., and G. Hart. 1999. Sexuality and health: The hidden costs of screening for chlamydia trachomatis. British Medical Journal 318: 931–3.

 

Ekstrand, M., R. Stall, J. Paul, D. Osmond, and T. Coates. 1999. Gay men report high rates of unprotected anal sex with partners of unknown or serodiscordant HIV status. AIDS 13: 1525–33.

 

Flowers, P. 2001. Gay men and HIV/AIDS risk management. Health 5: 50–75.

 

Flowers, P., and B. Duncan. 2002. Gay men and sexual decision-making. Social psychological perspectives on lesbian and gay issues in Europe: The state of the art. Journal of Community and Applied Social Psychology 12: 230–6.

 

Flowers, P., B. Duncan, and J. Frankis. 2000. Community, responsibility and culpability: HIV riskmanagement amongst Scottish gay men. Journal of Community and Applied Social Psychology 10: 285–300.

 

 

 

Culture, Health & Sexuality 747

Марк Дэйвис и Пол Флауэрс

Факультет Политических и Социальных Исследований, Университет Монаш, Мельбурн, Австралия

Факультет Психологии, Каледонский Университет, Глазго, Великобритания

Опубликовано в Интернет 17 февраля 2011 г.

www.parniplus.ru 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Отправить ответ

avatar
1000
каря
Гость

статья ни о чем вообще…

Администратор

[quote name=”каря”]статья ни о чем вообще…[/quote]

Для меня это удивительная статья-исследование. Из нее понятно, что любовные взаимоотношения и сама любовь толкает людей на поступки которые могут вредить здоровью, это означает что специалистам нужно изменять стратегию профилактики среди дискордантных пар. Еще явно то что любые различия в нас мы начинаем “торговать”

meylakhs
Гость

статья и правда хороша. просто для тех, кто в этом “варится” она ничего нового не открывает (это так и должно быть с описанием качественных данных). а вот для политиков в области общественного здравоохранения – это ответ на вопрос, почему же люди не всегда пользуются презервативами. отношения – вовсе не барьер для безопасного поведения, это очень важный контекст, который надо учитывать, а не перешагивать.

Администратор

[quote name=”meylakhs”]статья и правда хороша. просто для тех, кто в этом “варится” она ничего нового не открывает (это так и должно быть с описанием качественных данных). а вот для политиков в области общественного здравоохранения – это ответ на вопрос, почему же люди не всегда пользуются презервативами. отношения – вовсе не барьер для безопасного поведения, это очень важный контекст, который надо учитывать, а не перешагивать.[/quote]
Почему же не открывает? Мне кажется что можно делать четкие выводы по поводу того как консультировать подобные пары)))

meylakhs
Гость

[quote name=”Женя”]Почему же не открывает? Мне кажется что можно делать четкие выводы по поводу того как консультировать подобные пары)))[/quote]
то есть ты все-таки прочитал то, чего не знал раньше?:) я имею в виду не интерпретации и выводы.

Администратор

[quote name=”meylakhs”][quote name=”Женя”]Почему же не открывает? Мне кажется что можно делать четкие выводы по поводу того как консультировать подобные пары)))[/quote]
то есть ты все-таки прочитал то, чего не знал раньше?:) я имею в виду не интерпретации и выводы.[/quote]

Бессознательно я знал, но исследование помогло мне все структурировать в голове. И еще одно дело знать, другое к этому знанию подкладывать доказательства. В общем для меня очень ценно

wpDiscuz